— Нет! — Ответ Андерса пришел быстро, вырвавшись из него. — Мы не хотели, но они напали на драконов. Это было бы началом следующей великой битвы, если бы они убили одного. Мы даже не предполагали, что они последуют за нами, Хейн.

Хейн кивнул.

— Мы с Эннар тоже так думали, — сказал он, к удивлению Андерса. — Хотя она все еще менее снисходительна, чем я. — он сделал паузу, а затем продолжил. — Эннар сказала, что ты утверждаешь, будто один из драконов — твоя сестра, Андерс.

Андерс медленно кивнул.

— Так и есть.

Хейн не выглядел удивленным, что было странно. Просто взволнованным.

— Андерс, я должен поговорить с тобой, — повторил он. — И твоей сестрой. Есть ли какой-нибудь способ добраться сюда? Я имею в виду, когда говорю, что это может быть единственный шанс остановить войну. Это должен быть личный визит. И он должен произойти очень скоро. Даже завтра. Один из твоих одноклассников украл важный артефакт, когда они были в Дрехельме. Он называется Снежный Камень.

— Мы знаем, — сказал Андерс.

Рядом с ним заговорила Лисабет:

— И мы знаем, что Сигрид использует его, чтобы заморозить драконов, если сможет.

Хейн медленно кивнул.

— Да. Но я думаю, что у меня есть способ противостоять его воздействию.

— Почему ты хочешь это сделать? — спросил Тео, наконец, заговорив. Как единственный присутствующий дракон, он казался циничным.

— Потому что я не хочу битвы, — сказал Хейн. — Пострадают все. И… по более личным причинам. Которые я предпочел бы передать Андерсу лично.

Андерс переглянулся с Лизабет и Тео. Он увидел сомнение в их глазах, но Лисабет слегка кивнула, и через мгновение Тео тоже. Он снова повернулся к Хейну.

— Я постараюсь, — сказал он. — Где мы должны встретиться?

— На портовой площади, — ответил Хейн. — В юго-восточном углу, у воды. — На портовой площади волки проводили свои ежемесячные Испытания Посохом. Именно здесь Андерс и Рейна впервые преобразились, и именно там Андерс беспомощно наблюдал, как волки сражались со смертельным бело-золотым драконьим огнем, который охватил здания по всей набережной.

Весь день в порту было оживленно и шумно, полно Валленских покупателей и продавцов, лоточников и прохожих, не говоря уже о приезжих из далеких мест, экипажах торговых судов, пришвартованных со всего мира.

Это было хорошее место для встречи, потому что всегда была толпа, чтобы смешаться. Но площадь вызывала у Андерса кошмары-воспоминания о дыме и криках из того туманного места, где жили все его самые ранние воспоминания. Иногда ему казалось, что это воспоминания о последней великой битве. Ему было всего два года, когда это случилось, и они с Рейной остались сиротами, их родители были неизвестны и забыты.

— На портовой площади, — согласился он. — Если мы уедем после завтрака, и если Рейна сможет улететь так далеко, то, вероятно, сможем быть там к середине утра.

— Будьте осторожны, — сказал Хейн. — Вас могут узнать.

Андерс с трудом мог представить, что кто-нибудь в Холбарде когда-нибудь узнает его, кроме нескольких его одноклассников из Ульфара, но он кивнул.

— Обязательно, — пообещал он. — Если нам удастся уйти, мы будем там. — Чтобы уйти, нужно было многое сделать правильно… остальные должны были согласиться на встречу, Рейна должна была преодолеть расстояние, Лейф должен был согласиться снова выпустить их из класса. Но он сделает все, что в его силах.

— Нам пора, — сказала Лисабет. — Никто не знает, что мы здесь.

Хейн кивнул.

— Увидимся завтра, — сказал он, не сводя глаз с лица Андерса. — Будь осторожен.

Выбраться из архивов оказалось легче, чем ожидалось… в некоторых местах по коридору все еще продолжалась потасовка, и несколько взрослых драконов, включая охранников, читали Рейне, Миккелю и Эллюкке лекции об опасностях гонок на бочках, о безответственности делать это в коридоре, где кто-то может пройти, и о том, что студенты Финскола должны знать, чем могут обернуться такие махинации.

Андерс, Лисабет и Тео выскользнули из складских пещер и побежали в противоположном направлении, торопясь вернуться в комнату Андерса и Лисабет, чтобы дождаться возвращения гонщиков. В конце концов, те вернулись, и в их глазах плясали веселые огоньки.

— Как-нибудь попробуем еще раз, — радостно сказала Эллюкка, плюхаясь на кровать Лисабет.

— Ты бы сказала, что победила, — пожаловался Миккель. — Меня чуть не стошнило. — Но даже он выглядел довольным.

— Конечно, — беззаботно ответила Эллюкка. — Ты гремел в своей бочке, как игральные кости в чашке. Я была крепко прижата к своей, поэтому не двигалась. Гораздо проще. Ты не должен быть таким худым.