Шрифт:
ОЛЕГ. Для писателя главное – воображение.
НИНА. Увы, это так.
АНДРЕЙ. Даша, давайте я с вами сплаваю!
ОЛЕГ. Это не опасно?
НИНА. Не волнуйтесь. Мой муж может сплавать в Турцию и обратно. Он мачо. Водоплавающий…
Андрей и Даша уходят.
НИНА (глядя вслед). Наивная дурочка… Тебе с ней не скучно?
ОЛЕГ. Ну, знаешь, твой тоже заторможенный какой-то. Ты ему часто изменяешь?
НИНА. Не очень. По субботам.
ОЛЕГ. Почему по субботам?
НИНА. По субботам он ходит с Волчатовым в баню.
ОЛЕГ. Вы все время вспоминаете этого Волчатова…
НИНА. Жуткий человек. Бандит. В постели с ним чувствуешь себя самоубийцей. Но что поделаешь – фирма и деньги принадлежат ему. Андрей у него на побегушках. К сожалению, я поняла это слишком поздно.
ОЛЕГ. А что, на ядовитых аэрозолях можно хорошо заработать?
НИНА. На каких аэрозолях?! Это – крыша. На самом деле Волчатов… (Шепчет на ухо.)
ОЛЕГ. Кошмар! Это же опасно!
НИНА. Еще бы! Живу и не знаю, когда вдовой стану.
ОЛЕГ. Ты, конечно, можешь наплевать на мой совет. Но как твой бывший… Ты должна убедить мужа бросить это занятие!
НИНА. А на что мы будем жить? Не все же замужем за Ольгой Чибисовой. Знаешь, где работал Андрей до того, как появился Волчатов?
ОЛЕГ. Где?
НИНА. В детской спортивной школе. Тренером. Догадываешься, сколько он получал?
ОЛЕГ. Я за тебя боюсь!
НИНА. Ты лучше за себя бойся. Твоя половина очень странно смотрит на моего благоверного. Все время смотрит.
ОЛЕГ. Даша не такая!
НИНА. Дурак ты, хоть и Ольга Чибисова! Верность жены это всего лишь одно из достоинств ее мужа…
ОЛЕГ. А верность мужа?
НИНА. Стечение обстоятельств.
ОЛЕГ. Надо записать! Ты не только похорошела, но и поумнела.
НИНА. Спасибо! Просто ты от меня отвык.
ОЛЕГ (потирая щеку). Это верно…
Появляется Паркинсон. На голове у него венок, в руках снова лира.
ПАРКИНСОН. Если не возражаете, я исполню вам песнь Анакреонта.
ОЛЕГ. Валяйте!
ПАРКИНСОН (бряцая лирой):
Поредели, побелелиКудри, честь главы моей.Зубы в деснах ослабели,И потух огонь очей.Сладкой жизни мне немногоПровожать осталось дней:Парка счет ведет им строго,Тартар тени ждет моей.Не воскреснем из-под спуда,Всяк навеки там забыт:Вход туда для всех открыт —Нету выхода оттуда…Затихает пение. Все трое сидят в задумчивости. Быстро входит взволнованная ДАША. Следом за ней плетется растерянный Андрей.
ОЛЕГ. Замерзла? Холодная вода? Ты вся дрожишь!
ДАША. Вода. Какая вода? Ах, да – очень теплая. Но мы заплыли слишком далеко.
НИНА. И насколько же далеко вы заплыли?
Раздается телефонный звонок.
ПАРКИНСОН. Господин Петров, вас!
Андрей подходит к стойке, берет трубку, некоторое время слушает и меняется в лице.
Андрей (в трубку). Ты?.. Не понял… Понял. (Кладет трубку, поворачивается к жене.) Это Волчатов… Он в городе. Прилетел из Москвы. Что-то случилось…
НИНА. Что случилось?
АНДРЕЙ. Не знаю. Но что-то очень серьезное! Вызывает…
НИНА. Когда?
АНДРЕЙ. Сейчас.
ДАША. Но ведь уже ночь!
АНДРЕЙ. Он никогда еще не говорил со мной таким голосом!
ДАША. Боже!
НИНА. Поедешь утром. Я сказала!
АНДРЕЙ. А он сказал: немедленно. Поняла? Господин Паркинсон, как мне выбраться отсюда?
ПАРКИНСОН. Я вызову такси.
Снова раздается телефонный звонок. Андрей бросается к трубке, потом разочарованно протягивает ее Паркинсону.
ПАРКИНСОН. Отель «Медовый месяц». Ах, это вы, господин ТАРАКАНУШКИН. Помирились? Ну, вот видите! Вылетаете завтра? Прекрасно! Конечно, как договаривались: номер люкс, джакузи, кровать в стиле Людовика ХШ, вид на Генуэзскую крепость…
Занавес.