– Погоди, – сказал он. – Дай сообразить. Так куда мы едем?

– К трещине, Бигмен. Это мили на две дальше того места, куда свалился Грисволд. Там трещина примыкает к пещере. Это самое близкое место от фермы.

– Мы приедем туда, и что?

– Мы туда приедем, – спокойно сообщил Дэвид, – и я в нее спущусь.

– Ты серьезно? – Бигмен совсем опешил.

– Ты спрашиваешь, – улыбнулся Дэвид, – о том, действительно ли я надеюсь встретить там марсиан? А если я скажу, что да – ты мне поверишь?

– Нет, – Бигмен, похоже, сделал выбор. – Но это все равно. Я уже подписался а этом участвовать, так что на попятный не пойду.

И краулер снова тронулся вперед.

Когда они добрались до места, начало светать. Всю дорогу ехать пришлось при свете мощного прожектора, но Бигмен управлялся с машиной мастерски, так что добрались даже быстрее, чем рассчитывал Дэвид.

Он спрыгнул на песок и подошел к гигантской трещине. Черная загадочная прореха тянулась, казалось, из бесконечности в бесконечность, ее противоположный край выглядел как небольшая возвышенность. Дэвид посветил фонариком в бездну и не увидел ничего.

– Ты уверен, что это здесь? – к нему подошел Бигмен.

– По картам судя, здесь она должна примыкать к пещере, – осмотрелся Дэвид. – Далеко отсюда до ближайшей оранжереи?

– Мили две, не меньше.

Дэвид кивнул. Вряд ли кто-то из фермачей забредет сюда, разве что ненароком, направляясь на очередной осмотр.

– Ладно, нечего время тянуть.

– А как ты полезешь? – заинтересовался Бигмен.

Дэвид уже вытаскивал из машины коробку, которой Бигмена нагрузили в Виндгрэд-сити. Распаковав ее, он вытряхнул содержимое на песок.

– Ты такую штуку видел?

Бигмен покачал головой и взял «штуку» в руки. Пара длинных тросов с блестящими шелковыми перемычками через каждые двенадцать дюймов.

– Веревочная лестница, что ли?

– Да, – согласился Дэвид. – Но не веревочная. Силиконовая. Он легче магния и прочнее стали, так что лестницу можно использовать и на Марсе. Вообще, ее придумали для Луны, где силы тяжести почти никакой, а горы довольно высокие. А на Марсе гор нет, и нам повезло, что Совету удалось ее раздобыть.

– А какой от нее толк? – Бигмен скептически поморщился, перебирая трос, и тут наткнулся на увесистый металлический шарик.

– Стой! – крикнул Дэвид. – Если не поставлен на предохранитель, то опасно!

Он осторожно взял шар у Бигмена и повернул полушария в разные стороны. Раздался резкий щелчок, но шарик, вроде бы, остался прежним.

– А теперь – гляди…

Возле трещины из почвы выступали скальные породы. Дэвид нагнулся и коснулся шариком рыжеватого в рассветном сумраке утеса. Убрал руку, а шарик остался приклеенным к скале, словно припаялся.

– Попробуй, отдери!

Бигмен нагнулся и дернул. Почесал в затылке – шарик не шелохнулся. Дернул еще раз, изо всех сил, но результат был тот же.

– Что за фокусы? – он подозрительно взглянул на Дэвида.

Никаких фокусов, сэр, – улыбнулся Дэвид. – Когда предохранитель снят, то любое давление, приложенное к шарику, вызывает выброс узконаправленного силового поля. Оно прямо-таки вгрызается в скалу, а его конфигурация такова, что сбить шарик раскачивая невозможно. Единственный способ снять его со скалы – разнести в пыль саму скалу.

– Но как ты его снимешь?

Дэвид взял в руки шар, прикрепленный к другому концу лестницы. Повернул его, как первый, и кинул в сторону скалы. Этот шар моментально прилип к ней, зато первый секунд через пятнадцать упал к его ногам.

– Все рассчитано, – пояснил он, – когда ты активизируешь один из шаров, то автоматически отключается другой. Конечно, можно их просто деактивировать, поставив на предохранитель. – Он наклонился, и вскоре шар упал на песок.

Бигмен подошел к камням и присел на корточки. Там, где были приклеены шарики, теперь виднелись два узких отверстия, уходящие глубоко в скалу. Они были настолько узки, что он не мог даже поковыряться в них ногтем.

– Ну вот, – выдохнул Дэвид. – Воды и еды у меня на неделю. Боюсь, правда, что кислорода хватит только на пару дней, но ты все равно жди меня тут не меньше недели. Если я не вернусь, то это письмо отправишь в Совет Науки.

– Ладно тебе. Ты что, имеешь в виду этих легендарных марсиан?

– Я имею в виду много чего. Я могу сорваться. Может не выдержать лестница. Рухнуть может сама стена. На тебя я могу положиться?

– Ничего себе! – возмутился Бигмен. – Ты рискуешь, а я прохлаждаюсь здесь в тенечке?