Огромный орк имел алый цвет кожи, из старых же орков один имел серо-оранжевый цвет, а другой серо-зелёный.

— Босс, это может быть ловушка, — прошептал Соломон.

— Знаю, если это и правда ловушка, все мы перенесёмся на военную базу, а оттуда обратно в убежище, но к стене. Не переживай, я уверен, что они нам больше не враги.

Перелезать через забор люди не стали, потому между ними и орками было три метра (два-три шага гигантского орка…). Все три орка внимательно смотрели на маленьких и тощих существ, что каким-то образом пережили эту ночь.

(та) — О Великий. Они же слабы. Даже ребёнок. Одолеет их. Зачем они нам? — спросил серо-зелёный старый орк.

(та) — Ты старый. Глупец! Посмотри на. Наш дом. И их. Они без. Проблем. Отбились от врага!

(та) — Но…

(та) — Молчи. Не раздражай. Меня. Своей старческой. Глупостью! — рявкнул алый орк, делая тяжёлый вздох перед каждым предложением.

— Вы меня понимаете? — спросил Сергей, подойдя достаточно близко, чтобы слышать разговор странных существ. У них был басистый голос и при разговоре, они выдыхали много воздуха. Будто они говорили на выдохе, потому говорили они быстро, но с перерывами.

Серо-оранжевый орк кинул через забор деревянную дощечку, точнее дощечкой она была для орков. Для Сергея это была метр на метр доска с рядом рун на правой стороне, словно кнопки у старых телевизоров.

Переговорная доска

Артефакт, предназначенный для ведения диалога между разумными расами. Доска автоматически переводит ваши мысли в текст и передаёт их другим рядом находящимся доскам. Дальность передачи сообщения, тридцать метров.

Стоило Сергею прочитать описание предмета, как в голову влилась вся необходимая информация об его использовании.

— Ну здравствуйте, гости дорогие, — улыбнувшись, Сергей передал мысли в доску и нажал на одну из рун, что отвечала за передачу сообщения.

— Приветствую тебя, славный воин своего племени, — ответил огромный орк. В его руке эта доска была словно планшет или смартфон…

— Не будем обмениваться любезностями. Да и этот цирк с самоуничтожением был лишним, я и так ожидал вашего появления.

— Мне нравится твоя прямолинейность, — усмехнувшись, ответил орк.

— Как мне к тебе обращаться? И как называется твой народ? Не уверен, что данное нами вам название является подходящим вариантом, — продолжил орк.

— Сергей, а народ мой имеет много названий, но мы предпочитаем называть себя людьми.

— Рад знакомству, людь Сергей. Я Тэрр Гэ, правитель племени Тэрр, народа Тару, — передал сообщение орк и положил руку на центр груди, именно там у них находится сердце, огромное сердце!

— Рад знакомству, Тэрр Гэ из племени Тэрр, народа Тару. Только не людь, а человек. Люди это во множественном числе, человек в единичном.

— Как у вас всё сложно… хорошо, человек Сергей. Я пришёл сюда из-за общей беды и в качестве жеста доброй воли…

Внимание! Пространственный лорд Тэрр Гэ, отменил самоуничтожение своего осколка.

— Не буду скрывать, но я и не сомневался, что ты так поступишь. Но даже если бы ты не отменил самоуничтожение, то поверь, я и мои люди не погибли бы.

— Видя, как ты уверенно идёшь на переговоры, я так и понял, — рассмеявшись, ответил Тэрр Гэ и продолжил.

— Я предлагаю забыть старые обиды и создать союз, чтобы вместе одолеть напасть. Как и все мягкотелые… то бишь народы, подобные людям, вы хороши в дистанционном бою. Мои воины хороши в ближнем бою. За нашими спинами вы будете в безопасности, словно на стене. Потому добычу делим семь долей нам, три тебе.

— М? Позвольте показать, кто на самом деле будет в безопасности… — сказал Сергей, и в его руках появился крупнокалиберный пулемёт. Даже несмотря на силу в 22 ему было тяжело его держать…

— Соломон, продемонстрируй нашим новым друзьям мощь нашего оружия, на вооон том дереве.

— Да, босс! — ответил Соломон, взяв пулемёт, и активировал навык. Его сила и выносливость мгновенно возросла, как и устойчивость. Иначе он не смог бы даже двигаться в каменном (частично, каменный снаружи же) и тяжёлом теле…

Каменный человек выпустил залп в деревья напротив забора. Мощные пули, способные уничтожать легкобронированную технику, пронзали деревья словно бумагу, оставляя за собой лишь искорёженные дрова…