— Да потому что… и конечно же не мог…. Всё, моя хорошая девочка, ты пока сиди тут, а я побежал в море тушить лесные пожары, — мужчина аккуратно снял меня с себя, поднялся и начал стягивать джинсы.

Смотрю, как раздевается Беркутов и думаю, если я на этом пляже ягоды всё-таки не попробую, грош мне цена как женщине.

— Ни у одного тебя пожары, я тоже в море пойду!

— У тебя есть купальник с собой?

— Нет, но на мне чёрное бельё, в темноте вполне сойдёт за купальник.

Беркутов, так и не стянув с ноги вторую штанину, выпрямился и упёрся кулаками в бока. Скудный свет от луны не позволял видеть выражение его глаз, но оно мне было и не нужно, я и так знала, Никита не в восторге от идеи занырнуть в море вместе.

Разумеется, я и не думала дуть губы: повода нет, Беркутов переживает, что в море я его соблазню, и мой первый раз, по его мнению, будет испорчен.

— В мокром обратно не поедешь. Так что по берегу побродишь и хорош.

— Договорились. Поеду без белья! А что, всё равно ведь не видно, надето оно или нет.

Радуясь собственной сообразительности, подскочила на ноги, одним слитным движением через голову от платья избавилась, точным броском запулила его прямо в руки Никите и со словами: «Догоняй», — понеслась к морю.

— Варя, а ну стой. Твою же… — зашипел Беркутов, и я позволила себе на секундочку остановиться и оглянуться. Никита, видимо, погнался за мной, а о неснятых до конца джинсах забыл, поэтому теперь, подпрыгивая на одной ноге, и ворчит.

— Черепаха, — подзадоривая мужчину, крикнула я и с весёлым визгом бросилась в воду. — А-а-а, холоднющая-я-я.

Доплыла до места, где глубина доходит до шеи, развернулась к берегу лицом и смотрю. Беркутов уже никуда особо и не торопится, вышагивает к кромке воды медленно и вальяжно. А самое забавное, что с расстояния в метр я его глаз не могла разглядеть, а с десяти или даже пятнадцати метров то, что Никита в костюме Адама — пожалуйста, вижу.

Беркутов зашёл в море по пояс и нырнул.

На поверхности воды лишь безмятежно перекатывались спокойные волны, ни пузырьков, ни всплесков — вообще никаких признаков, что в воде я не одна.

Немного неуютно и где-то даже жутковато, но отгоняю от себя эти чувства, ведь точно знаю, Беркутов рядом. Сейчас его голова всплывёт передо мной, ну либо как в прошлый раз — он поймает меня за ногу и утянет на дно.

Беркутов атаковал, откуда не предполагала, а именно — со спины, хитрый жук это сделал специально, чтобы защитить себя не смогла. Он крепко взялся за мои бёдра, высоко поднял вверх из воды и, толкнув в сторону берега, бросил.

После полёта, я не вошла в воду, а плюхнулась, причём в крайне неуклюжей позе с растопыренными конечностями, брызг наверняка наделала миллион, зато нащупав опору в виде дна, быстро поднялась на ноги.

— Перечим и своевольничаем значит?! — вещал Беркутов и хоть он и старался говорить строго, но его голос звучал не зло и не раздражённо, а, скорей, игриво.

— А ты на что-то другое надеялся? — смеялась я, смахивая с ресниц влагу, что не давала открыть полноценно глаза.

— Вообще-то да. Ну ничего, я тебя мигом перевоспитаю, — каких-то пара шагов и мужчина рядом со мной.

— Ха, наивный. Ещё посмотрим, кто кого перевоспитает, — обняла Беркутова за талию и прильнула. — А за то, что бросил, придётся тебя укусить.

Довольно ощутимая разница в росте с мужчиной, оказывается, порой бывает полезной, например, как сейчас. Никита даже среагировать не успел, как обхватила его сосок губами и, втянув в рот, чуть прикусила.

Ого, казалось бы, ничего сверхъестественного не сделала, а какая впечатляющая реакция и эффект. Никита, дрогнув, тяжело задышал, но не отстранился и не попытался меня подальше убрать, наоборот, его пальцы граблями прошлись вдоль моей спины, а спустившись ниже копчика, жадно сжали два полушария.

— Когда досталось одному, будет нечестно, если другой останется в стороне, — понятия не имею, что случилось у меня с голосом, но прозвучал он практически хрипло.

— Варя, — выдохнул Никита, после того, как взяла в плен второй сосок. Но останавливаться я на этом не собиралась и начала покрывать грудь поцелуями, постепенно спускаясь всё ниже и ниже. — Что же ты со мной делаешь? — то ли пожаловался, то ли поблагодарил мужчина, но его уже не на шутку потряхивало. А то, как он глубоко дышал, казалось, было слышно даже на берегу. — Ты же понимаешь, что я себе сейчас представляю, когда вижу внизу твою голову?