Я уже не торопился. Это конец. И я буду наслаждаться этим моментом.

Подняв кинжалы, я подошёл к Асмодею и стал перед ним.

— Этим кинжалом ты убил моего друга? — спросил я и поднёс один из них к глазу предателя. — Или вот этим? — я проделал то же самое со вторым кинжалом и глазом.

— Ты… Кхе… — попытался он что-то сказать, но лишь закашлялся. — Ты сука… — прохрипел Асмодей.

— Нет, я — Зато!

С этими словами я вонзил оба кинжала в глаза демона и тот пронзительно завопил. После этого руки и ноги, удерживавшие его, подкосились и он рухнул на пол. Частые судороги завладели его телом. Асмодей извивался как змея на раскалённой сковородке, а я стоял над ним и наблюдал.

Получено 1 452 540 ед. опыта.

Получен новый уровень.

Но удовольствия я не получил. Как и облегчения от его убийства. Тот, кто говорит, что месть сладка — врёт. Ничего в ней сладкого нет. И даже горечь от потери друга не стала слабее. Или нужно было подождать…

«Месть — это блюдо, которое подают холодным» — всплыло у меня в голове. Но некогда мне ждать, пока оно остынет. Да чтоб эта мразь ещё хоть минуту ходила по земле… Или по аду. Нет, пусть гниёт, как и все грёбаные ангелы.

Возясь с Асмодеем, я совсем забыл про Данте. А когда вспомнил — моя помощь ему уже не требовалась.

Рухиэль лежал на земле, а Данте, пошатываясь, стоял рядом. Серафим выглядел жалко, и это при том, что Данте был полуживым.

— Не надо… Не убивай, — умолял Рухиэль, глядя снизу вверх на своего палача.

Но Данте его будто не слышал. Он занёс меч над головой поверженного противника и собирался его добить.

— Стой, он может что-то расска… — попытался я его остановить.

Но тот не слушал меня, а на середине фразы голова серафима покатилась в сторону.

Я молча подошёл к парню и посмотрел в его глаза. Такое чувство, что я встретился взглядом с чудовищем, убившим тысячу людей. Ничего человечного.

— Он мог нам многое рассказать… — возмутился я.

— Например? — спросил Данте безразлично и устало.

— Где находится данж, в котором они берут это убер оружие и доспехи…

— Это я и сам знаю… Пойдём лучше блокировщика завалим.

То, что он такой кровожадный меня немного пугало, но предложение о совместном убийстве немного порадовало. Нам всё же нужно налаживать отношения. Да и без него будет тяжко, сам бы я вряд ли сейчас справился с серафимом.

— Тебя Рухиэль так уделал? — спросил я по пути на нижний этаж.

— Этот слабак? Да его даже ты убил бы…

— Что значит… Ай, ладно… Кто тогда? Каин?

Услышав это имя, Данте скривился так, что отвечать и не нужно было.

***

Блокировщиком оказался маг, вопреки догадкам Ирины. Она думала, что это какой-то артефакт или что-то подобное. Причём из числа ангелов, а не демонов на их стороне. Он стоял посреди тренировочного зала, погрузившись в себя и не замечая ничего вокруг. Так мне сначала показалось.

Но это оказался сильный маг псионик. Или не сильный. Не могу сравнивать, так как раньше таких не встречал. Он смог увидеть меня с закрытыми глазами на расстоянии около тридцати метров и толкнуть, не пошевелив при этом ни единым пальцем. Толчок получился знатным: меня снова впечатало в стену, хотя и не так сильно, как при ударе Асмодея. Но думаю, находись я немного ближе, удар вышел бы сильнее.

Данте маг тоже пытался атаковать. Это было видно по исходящим от мага волнам марева. Но Данте поставил какой-то барьер и маг не смог его пробить.

К нам стали сбегаться демоны Асмодея, которым кроме нас никто не мог дать отпор. Данте легко убивал тех, кто на него нападал. Ну как легко. Движения были не такими быстрыми и лёгкими, как при прошлой нашей встрече. Раны на теле не заживали. Но даже в таком состоянии он превосходил рядовых бойцов.

Я же со своими противниками сначала пытался договориться.

— Асмодей мёртв, вам больше необязательно воевать со своими же собратьями, — выкрикнул я, уворачиваясь от очередной атаки.

Но демон с копьём меня будто и не слышал, а лишь атаковал снова и снова. И взгляд у него какой-то странный. Будто бы стеклянный… А вот реакция очень даже ничего. Несмотря на разницу в рангах, копейщик почти ранил меня несколько раз. Но всё же «почти» — не считается.

После очередного выпада я шагнул ему за спину и всадил когти в спину. То есть, попытался всадить. Но мои лезвия не пробили кожаный доспех бойца. И через пару секунд я понял почему. На них виднелись те самые узоры, что и на ангельском оружии. И если присмотреться, от нагрудника исходила едва заметная дымка.