— Вижу, тебя тоже не за дело сюда посадили, — Тимур сначала удивился, откуда этот человек мог что-то знать, — Я по рукам твоим увидел, — объяснил случайный незнакомец, глядя на руки Тима, выпачканные в крови. — Вот и меня, козлы, эти просто так кинули сюда. Так и помогай людям, — сокрушался, покачивая головой. — Я домой шел, увидел, что парочка ссорится. Сильно так. Сначала кричали друг на друга. А потом он ее потом бить начал. Да, девушку в лицо ударил, — ответил на застывшее выражение недоверия Тимура. — Я тоже подумал, что это нехорошо. Ну, и навалял ему. Так дурочка его мне полицию вызвала. Мол, парня ее побил. Вот и как их после этого понимать? — задал мучащий его вопрос.

Тим пожал плечами. Он и сам не понимал этой странной ситуации. Как и не понимал того факта, что мужчина вообще может поднять руку на женщину. Это по определению невозможно! Мужчина ведь намного сильнее физически. Он должен защищать, а не обижать! Он должен носить на руках, а не поднимать руку! Женщины — это хрупкие ласковые красивые создания, цветочки, которые нужно оберегать, а не ломать.

— Золотой, на выход, — прервал его мысли голос полицейского. Щелкнул замок камеры.

— Че реально золотой? — спросил старик. И увидев улыбку Тимура, одобрительно хмыкнул. — Вот повезло тебе. Ладно, прощай. И давай сюда больше ни-ни.

Этого Тим и сам не хотел.

Рядом с участком его ждали друзья. Он обнялся с Максом и Лехой, кивнул Ире и бережно прижал к себе Алису.

— Спасибо, ребята, — для благодарности не нужно было много слов.

Уютная тишина, повисшая в их кругу, была лучшим доказательством того, насколько же жизнь великолепна, когда есть такие друзья.

В это же время подвыпивший Паша слишком рано для своего обычного вечера завалился домой. Его не оставляло плохое чувство. И совсем не потому, что он воспользовался связями, чтобы упрятать в клетку этого нового знакомого Алисы. Ему было гадко от того, что эта простушка предпочла ему кого-то. Она должна была всю жизнь мучаться и любить его одного. Его! Сына местного депутата! А тут вдруг другой. Да, еще и глаза девушки просто сияли рядом с этим парнем. Как она вообще могла?! Некрасивая, бедная, одевается как бабка старая. Не то, что нынешняя его, Оксанка. Хотя, к черту, какая Оксанка? Эта маленькая дрянь его просто задела сегодня! Ну, ничего, она еще свое получит!

Родители что-то обсуждали в гостиной, когда у отца зазвонил телефон.

— Кто это так поздно? — спросила мать.

— Сейчас узнаем, — ответил тот и взял трубку.

— Вечер добрый, Александр Александрович, — произнес далекий голос на том конце провода.

— Здравствуйте. А кто это? — насторожился отец Паши.

— Это Валерий Дмитриевич Холодный. Не узнали, что ли? — вкрадчиво засмеялся голос и сразу же зазвенел сталью. — Министр МВД. Знаете такого?

— Эээ… Здравствуйте, Валерий Дмитриевич. Мое почтение. Чем обязан? — заискивающе произнес Александр Александрович.

— Мне тут птичка на хвосте донесла, что вы тут о наших краях разузнавали. Так вот, не стоит. Климат наш Вам не подойдет, — отчеканил голос. — И не только в этом году. Никогда. Запомните это хорошенько. Сыну привет, — небольшая пауза. — Доброй ночи, Александр Александрович!

Треск разбитого об стенку телефона был единственным звуком в этой комнате.

— Ты что, паскуда, сегодня натворил??? — сжав кулаки, с шипением повернулся отец к сыну.

Леха с Максом поехали провожать Ирочку на машине Макса, предварительно договорившись встретиться с другом через час в гостинице.

Тимур с Алисой приехали к подъезду девушки. Расставаться совсем не хотелось. Алиса посмотрела в глаза парня и сказала:

— Знаешь, я была не права. Не все мажоры одинаковы, — в ее глазах мелькнула капля стыда. — Извини, что считала тебя таким же.

— Каким? — вполголоса спросил Тим.

Алиса вздохнула и начала рассказывать.

Глава 38

— Когда я училась в школе, я была самым счастливым человеком на всем белом свете, — начала свой рассказ Алиса. — У меня был очень дружный класс и не последнюю очередь в этом играла наша классная руководительница. Бывало, мы прогуливали уроки и тогда всем классом мы закрывались в кабинете нашей Алины Андреевны. Мы шутили, рассказывали анекдоты, играли в карты. Мы были всегда вместе. Даже после занятий вечерами мы приходили на школьную спортивную площадку. Парни — подтягивались на турниках или отжимались, а девчонки в это время занимались бегом. Подтянув как следует фигуру, мы снова собирались вместе и общались-общались-общались. У меня была самая обычная городская школа, самым ценным в которой были друзья. А когда я поступила в университет, все в одно мгновение закончилось. Да, у меня еще тогда были родители, да, в университете меня не обижали, но мне так не хватало тепла и общения. Я стала немного замкнутой, но ты бы не сказал об этом, глядя на меня со стороны. Я умела играть роль. Университет, по нашим меркам, был одним из самых престижных в городе. Не национальный, конечно, но зато здесь учились (да и чего отрицать — сейчас тоже учатся) дети очень богатых родителей. Обычно стоянка перед зданием была забита совершенно не дешевыми машинами. И это у вчерашних школьников, представь на секундочку. Хотя кому я объясняю, — грустно улыбнулась девушка.

— Прости, мне действительно тебя сложно понять, — честно признался Тимур, — в моей жизни все было по-другому. Продолжай, пожалуйста.

— Я попала в этот университет, только пройдя очень большой конкурс, который был на несколько бесплатных мест. Просто я еще в школе знала, чего я хочу, и усиленно налегала на языки. В университете было совсем не так, как в школе. Мои одногруппницы общались группками, в которые я не могла попасть, поскольку денег на походы в те или иные рестораны, клубы, магазины, да еще и в таком количестве, у меня не было. Требовать у родителей я не привыкла, хотя, думаю, они все же не смогли бы удовлетворить такие потребности. В школе я привыкла к тому, что отношения между людьми заменяют весь этот пафос. Поэтому я в университете практически всегда была одна, — Алиса снова замолчала, глубоко уйдя в свои мысли. А потом словно очнулась, — в один из дней, когда я уже выходила из здания, я увидела одногруппника, растерянно стоящего у своей машины. Особей мужского пола у нас было крайне мало, ведь на филфаке парни либо, скажем так, в хорошем смысле, не от мира всего, очень умные и повернутые только на языках, либо очень богатые, собирающиеся после учебы переехать заграницу. Валерий стоял у авто и пытался понять в чем причина поломки. Он был как раз из второй группы парней из филологического. Шикарная машина была, а понимания, что с ней делать нет. Да и не зачем ему это. Я решила помочь. Благодаря папе я люблю и разбираюсь в машинах. С детства я постоянно проводила время в гараже, лет, наверное, с трех, когда приносила ему ключ, — лицо девушки озарила улыбка. — Там было что-то простое, уже точно и не помню, что. Зато прекрасно помню, когда закончила, мне аплодировали все, кто был в то время на стоянке. Кто-то начал было подкалывать меня, но один из парней быстро закрыл ему рот. Впоследствии я узнала, что этого парня зовут Паша.

Алиса снова замолчала, а через несколько минут продолжила:

— На следующий день ко мне подошла познакомиться Вероника. Она училась на год старше и на другом факультете. Но это не мешало нам подружиться. С ней было интересно проводить время, она не звала меня в рестораны или магазины, мы просто много гуляли, а еще частенько приходили друг к другу в гости. Кроме меня Вероника общалась с теми самыми ребятами, которых я видела на стоянке, как оказалось это были ее одногруппники. Как-то она позвала меня на свой день рождения. Одногруппники там тоже были. Мы весело провели время, практически никакого алкоголя, зато много смеха и шуток. Мне казалось, что я вернулась в школьные годы, что у меня снова появились друзья. Мы начали общаться в университете на переменах. Тогда-то я и познакомилась с Пашей. Он был приятным молодым человеком, несмотря на свою репутацию бабника. Проявлял ко мне знаки внимания, дарил цветы. Но вел себя прилично и абсолютно не настойчиво. Однажды мы поехали всей компанией на озеро за город. Дурачились, купались. Паша постоянно был возле меня. И в один момент он сказал, что я ему очень нравлюсь. И спросил, нравлюсь ли я ему. Я ответила, что да. Тогда я думала, разговор между нами слышен только нам, но оказалось по-другому. После моего ответа Паша резко развернулся к Веронике и сказал: «Детка, ты проиграла. Бабки гони.» Она рассмеялась, вытащила из сумочки 10 тысяч долларов и отдала ему. Оказывается, они спорили на то, понравится он мне или нет. Паша считал, что он неотразим и даже слухи о его похождениях ему не помешают, а Вероника считала, что я не такая дура и не поведусь на него. Конечно же, ни о какой настоящей дружбе речь не шла, — с горькой усмешкой сказала Алиса. — А потом они просто уехали, оставив меня одну. Так закончилась эта страница моей жизни.