Экран на стене мигнул и показал картинку. Похоже на очень странную комнату, если ориентироваться по куче подушек, мягким коврам и всему такому. Странными были прозрачные стены, собранные в форме какого-то лабиринта.

Они все были местами исписаны, местами изрисованы какими-то детскими цветными каракулями. А в углу виднелось изображение какого-то дерева или ветки. Там еще какая-то надпись, но не смог разобрать.

В центре экрана стоял парень и его вид был мне смутно знаком. Худой, в простых серых штанах и с такого же цвета повязкой на глазах. Он стоял с фломастером в руке возле одной из прозрачных стен.

Парень что-то писал на ней, делая резкие, отрывистые движения. При этом из-за повязки он не мог видеть, что пишет. Это точно, потому что голова у него была наклонена вниз и в сторону.

— Это Парагон? — уточнил я. — Брат Гаро. И Веги.

— Да, один из Парагонов. Это запись, так что не задавай тупой вопрос, мэн.

Я удержал фразу «он же умер». И впрямь тупой вопрос был бы, впрочем в моем стиле. Иногда на меня накатывает, что сам себе удивляюсь.

Я наблюдал картину слепого художника и не понимал, зачем я здесь. И зачем сюда впихивать столько людей? Охрана, яйцеголовые, ЧВК и парень, рисующий каракули на стекле.

Затем картинка изменилась, а изображение увеличилось. Я наблюдал как-бы из-за плеча Парагона, как тот выводит свои карикатурные линии. Одна за одной, они складывались в слова и картинки.

Словно ребенок рисует комикс. Вот человечек из палочек и кружочков. Вот от его головы тянется пузырь, внутри которого текст слов. А иногда к человечкам ведут стрелочки с подписями. Я разобрал слова-обозначения.

Вот человечек со стрелочкой «К-12». Он говорит «я должен принести реке зонтик». Вот человечек с надписью «Черчилль». И он протягивает первому какой-то прямоугольник. К прямоугольнику тоже ведет стрелочка с пояснением. На ней написано «Стрелок».

Парень в повязке аккуратно выводит линии и буквы. Получается довольно криво, но при этом всегда понятно. Вот вся эта сцена обводится в большой круг зеленым фломастером. А рядом Парагон усердно выводит цифру двенадцать и ставит знак процентов.

Затем картинка меняется и вот я вижу две карикатурных фигурки. Они практически не отличаются друг от друга. Разве что один в шляпе, а у другого круглые глаза. Но я быстро понимаю, что это скорей всего очки.

«К-12» отдает Черчиллю бутылку. К ней ведет стрелочка с надписью «Лаветт Грандэ», а у меня внутри начинает что-то скрести. Черчилль в свою очередь протягивает человечку в шляпе новый прямоугольник. К нему не ведет никаких пояснительных стрелочек, но красный цвет карточки говорит сам за себя.

Я наблюдал, как Парагон старательно выводит линии и кружочки. И чем дольше он это делает, тем беспокойней мне становилось.

Перевел взгляд на Черча, который все это время пялился на меня с самой довольной рожей из его арсенала.

— И что? — спросил я. — Что это за представление?

— Ты не понял? — натурально удивился он. — Тебя же тренировал Рэд. Он должен был научить тебя вниманию к деталям. Как это работает? Чувство беспокойства, да? Ты понимаешь, что что-то не так, но не понял пока что именно? Давай еще раз запущу, мы ведь никуда не спешим.

И снова видео. Снова парень в повязке рисует знакомых человечков. Я гляжу на его движения и не понимаю, к чему это все? Происходящее походило на какой-то тупой розыгрыш.

— Ты не туда смотришь, Мэн, — произнес Черч с нотками нетерпения. — И да, запись настоящая, снятая камерами внутри его жилища.

Я все еще не понимал, зачем Черч позвал меня сюда. Зачем он мне это все показывает. А затем мой мозг понял, что на самом деле его так волновало все это время. И да, первый же вопрос, который я захотел озвучить уже получил ответ.

Настоящая. Не фикция, не прикол и не какая-то шутка. Это если верить словам Черча. А верить не хотелось. Я категорически отказываюсь.

— Как же долго до тебя доходит, мэн, — усмехнулся Черч.

Я посмотрел прямо на него. Не рядом, не краем глаза, а в упор. Сердце само начало биться чаще, а на лбу выступила испарина. Лицо Черча мгновенно стало серьезным и он поднял ладони, словно призывая меня успокоиться.

— Дыши, мэн, — произнес он тихим голосом, от которого мне стало еще тревожней. — Дыши глубже, постарайся успокоиться. У тебя паническая атака, такое случается. Все нормально.

Он говорил, а я уже отступал к двери. Какое-то безумие. Это как-то слишком, я чувствовал, как становится трудно дышать в этом помещении без окон. Казалось, что потолок начал опускаться, чтобы раздавить нас.

— Черч, — произнес я, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Выпусти меня.

— Успокойся, — увещевал он, — просто успокойся.

— Выпусти меня, псих недоделанный! — рявкнул я, повышая голос. — Вы все тут отмороженные на голову ублюдки. Выпусти меня.

За спиной лязгнули замки, я рванул дверь на себя и уперся взглядом в шагнувших на встречу охранников. Надо выйти. Мне надо отсюда выйти.