Если бы эта девушка прикладывала столько усилий в учебе вместо того, чтобы стремиться узнать все и обо всех, возможно, ее мама и не была бы к ней так строга. Изабель желала видеть свою дочь лучшей. В этом мать Айвен была очень схожа с отцом Фредерика. Вот только брат и вправду соответствовал требованиям и прикладывал для этого все силы и время, а Айвен… В большинстве своем учеба ей была неинтересна, за что мать постоянно порицала ее, обвиняя в недостаточности амбиций.

Амбиции… Вот только при чем здесь они?

В разгар очередного занятия меня вдруг вызвали к моему наставнику. Я шла в кабинет без посторонних мыслей. И лишь открыв дверь и увидев еще одного даэва внутри, удивленно замерла. Кто ж знал, что та, о ком я размышляла совсем недавно, окажется не в обители, на расстоянии многих миль отсюда, а здесь, в Академии Снов, всего на пару этажей выше.

Изабель Ларак обернулась, сложив руки на груди. Ее белая мантия, вышитая темно-сиреневыми цветами лаванды по рукавам и подолу, скрывала женскую фигуру до самых пят. На пальцах серебрились кольца с прозрачными кристаллами — поговаривали, что в них она могла заключать чужие сны. Кожа на ее ладонях была покрыта множеством мелких шрамов, напоминавших царапины, оставшиеся от очень взбешенной кошки. Может, это и правда была кошка, которую захватила тьма, — кто знает? Скорее всего, Айвен была в курсе о происхождение ран, но сколько в свое время ее ни спрашивал Фредерик, та упорно это отрицала.

— Сара, я рада, что ты пришла, — сказала она.

Не рада. Совсем нет.

— Прауд, не оставите ли нас на пару минут?

— Да, конечно, — отозвался учитель с завидным спокойствием, хоть его и просили покинуть собственный кабинет.

Совсем скоро он вышел, а взгляд Изабель похолодел.

Академия Снов, тридцать один год назад…

Сара

Изабель подошла ближе и прищурилась.

— Ты нарушила приказ, — прозвучало резко. — Глава будет недоволен.

— Я не могла поступить иначе. Надеюсь, глава ордена смягчится.

— Твой дар, Сара, достояние ордена. И тебе было наказано не раскрывать его.

Я посмотрела прямо в серо-зеленые радужки, которые без всякой магии меняли цвет, бывая разных оттенков моря.

— Он мог умереть. Разве чужая жизнь не является достойным оправданием?

— Нет. Ведь ты не знаешь, как обернется спасение его жизни для тебя и ордена. Если бы он умер, то было бы распоряжение судьбы. Важно послушание приказам главы. В будущем могут возникнуть ситуации, когда придется делать тяжелый выбор. И поверь, зачастую любое решение не обходится без жертв.

Я несколько секунд молчала, обдумывая ее слова, и спросила:

— Но если я все же могу избежать жертв, почему не спасти кого-то? Разве не для этого все наши тренировки?

Изабель отошла.

— Если ты не начнешь думать иначе, то в будущем это принесет тебе немало проблем. И обители в том числе, — проговорила она. — А пока… По возвращении домой тебя ждет наказание. Отправишься в пещеры у Духовного озера. Раз ты так симпатизируешь теневым даэвам, то тьма пещер будет тебе по душе.

— Я вас поняла, — отозвалась я. От Изабель я и не ожидала другого решения. — Можно задать вопрос?

— Говори.

— Как поживает госпожа Долорес? — спросила я, с трепетом в душе ожидая ответ.

— Пока ее состояние без изменений. Но врачеватели обещают, что она скоро придет в себя.

— Насколько скоро?

Дэва смерила меня холодным взглядом.

— Сара… Наш орден гордится тобой и возлагает большие надежды. Постарайся их оправдать. Можешь идти. — Изабель повернулась спиной, всем своим видом показывая, что разговор окончен.

И я покинула кабинет. Прауда снаружи не оказалось — видимо, наставник убежал по делам. Этаж пустовал, но едва я дошла до лестницы, как безмятежность светлой башни нарушилась покидающими учебные помещения даэвами.

На ступенях я встретилась с Фредериком.

— Ты видела Изабель? — сразу догадался он, останавливаясь и отступая к стене.

— Да. Это ее прислали для расследования?

— Похоже, что так.

Мама Айвен занимала одно из главных мест в ордене. И выглядело очень необычно то, что именно ее прислали в Академию Снов.

— Наверное, дело в недавней охоте, где погибли светлые.

— Возможно, — согласилась я и сразу же рассказала о том, зачем меня вызывали.

— Подземелье? — удивленно вскинул брови див. — А это не чересчур?