Все посмотрели на них. Они упивались видом Короля-ворона и Вороньей королевы, как они стояли, обвив друг друга, когда правила приличия этого не позволяли.

Ей было все равно. Она столько времени переживала, что скажет или сделает что-то смущающее. Айслинг поняла, что теперь ей было все равно. Не важно, что они подумают о ней, пока Бран был с ней, королевство процветало, и те, кого она ценила, были счастливы и здоровы.

Облегчение от этого осознания чуть не сбило ее на колени. Какое дело ей до того, что Благие фейри думали с их правилами и мнениями? У нее было королевство народа, который не принимал эти правила. Королевство, которое не жило по порядкам Благих и Неблагих.

Они вместе продолжат укреплять это королевство, которое ценило их, когда этого не делали остальные. Это теперь была ее жизнь.

— Готова? — спросил Бран.

— Не то слово. Я еще не видела ребенка-фейри.

Он отпустил ее талию и встал рядом с ней, протянул руку. Улыбка на его лице почти ослепляла ее.

— Они выглядят почти так же, как все дети, которых ты видела.

— Как люди?

— Как-то так.

Айслинг сморщила нос и шагнула с ним в зал.

— Может, тогда я все-таки дам ему хвост. Бедняга, он — фейри, но никто этого не поймет.

Толпа расступилась перед ними, открывая Благих короля и королеву в центре зала. Они установили там сцену, хотя лишь в ступеньке над полом. Она ценила то, что они не стали трогать ее с Браном троны. Они могли это сделать, конечно, но она заметила их вежливое поведение.

Она не думала, что наладит мир с королем и королевой фейри, которые отказались от нее. Но Сорча и Эмонн были добрыми и куда более мягкими, чем она ожидала.

Сорча улыбнулась им с места рядом с Эмонном. Золотое платье ниспадало с нее, будто жидкое, собралось у ног и отражало свет в комнате. Она видела лица Благих фейри на платье, дизайн потрясал. Словно Благая королева впитала свой народ. Конечно, это Сорча и сделала со своим народом, друидами, а теперь пыталась сделать с фейри.

Эмонн был в белом шелке с позолотой. Айслинг отметила, что это было необычно просто для короля. Но подходило Благому фейри. Он не любил выделяться из толпы.

В этом они были схожи. Айслинг ощущала на себе взгляды будто физическое прикосновение, и она убежала бы, если бы не теплая ладонь Брана на ее пояснице.

Между двумя Благими фейри была колыбель, которая покачивалась от магии. Внутри был их ребенок. Слуа говорили о рождении часто. Это был первый Благой принц, рожденный за три века, и они были уверены, что это было хорошим знаком.

Айслинг не была так уверена. Она поднялась на сцену и прошла к колыбели. Она опустила ладонь на край и остановила покачивания.

Малыш лежал под бежевым шерстяным одеялом. Он смотрел на нее ярко-зелеными глазами, которые были слишком осознанными для ребенка, которому было несколько дней. Веснушки украшали его щеки, так много, что она не могла сосчитать их. Он улыбнулся беззубой улыбкой и протянул к ней руку.

— Сорча, — сказала она с улыбкой, протянув ребенку палец. — Он милый. Не рыжий?

Его мать нахмурилась.

— Нет, в этом он, похоже, пошел в отца.

Эмонн, хоть это было и сложно, еще сильнее выпятил грудь.

— Не вижу в этом ничего плохого.

— Я хотела, чтобы у него были рыжие волосы, как у меня, — проворчала его жена. — В королевстве Благих и так много блондинов. Немного цвета было бы хорошо.

— У него твои веснушки.

— И твой упрямый подбородок.

Они спорили, а Айслинг склонилась, чтобы увидеть глаза принца. Он был очень красивым ребенком, хотя она не ожидала меньшего от красивых родителей, но в его взгляде было нечто, что она тут же узнала.

Хитрость уже мерцала там. Хитрость, которая не подходила Благим фейри.

— Ты устроишь им много проблем, да? — спросила она у ребенка. — Может, я все-таки не буду давать тебе хвост.

Ладонь Брана опустилась рядом с ее, подвинув колыбель, чтобы заглянуть туда.

— Красивый мальчик.

— Больше, чем я думала.

— Здоровый.

— Наверное, пойдет по стопам матери.

Бран фыркнул.

— Нет, он пойдет по стопам отца. Посмотри на его челюсть и взгляд. Он хочет приключений, Эмонн был таким же. Он будет отличным Благим принцем.

— Присмотрись, — Айслинг приподняла бровь.

Король-ворон склонился к ребенку, а потом отодвинулся с удивлением. Он посмотрел на нее большими глазами.

— Это…?

— Угу.

— О, нет, — он посмотрел на Сорчу и Эмонна, все еще спорящих насчет того, на кого ребенок был похож сильнее. — Думаешь, они знают?

— Не будем им говорить. Потом получим мальчика, — она коснулась пальцем его лба. — Я дарю тебе удачу, маленький принц. До конца твоей жизни леди удача будет следовать за тобой и оберегать тебя от всего вреда.