– Ну?.. Выяснил, что тебе приказали? Каков ответ?

– Да, мы установили, как все произошло. Какого ответа вы ждали?

– У тебя что, в голове не хватает?
– Генерал даже привстал с кресла.
– Не понимаешь, что нам нужно в первую очередь? Поймать Клигера!

– Может, вы хотели выяснить только, почему он убежал, спокойно ответил Дан.

Пэнн смачно выругался.

– Три недели назад, - неторопливо начал Дан, - Альберт Клигер покинул Картрайтхауз, а вы подняли на ноги все вверенные вам охранные подразделения, чтобы найти его. Зачем?

– Он представляет для нашей страны самую большую потенциальную опасность, ходившую когда-либо на двух ногах, - Пэнн выплевывал слова словно пули.
– Если он разболтает о том, что знает, мы лишимся одного из самых крупных преимуществ в предстоящей войне. Ты понял?

– Я уже слышал об этом, - ответил Грегсон.
– А если мы его разыщем и он не захочет вернуться назад, тогда что?

– Об этом подумаем, когда найдем его, - зловеще буркнул генерал.

Дан понимающе закивал головой,

– Так вот почему с нами постоянно ходит этот Бронзон?!. Вот почему такие же, как он, субъекты прикреплены к другим поисковым отрядам? А вас, генерал, никогда не интересовало, почему англичане отказались от практики насильственной вербовки в армию? Ведь они всегда понимали, что такая система не гуманна. До определенного момента она срабатывала, но только до определенного момента. Может, и нам стоит извлечь из этого урок?

– Ты рассуждаешь, как последний идиот!
– Пэнн плюхнулся в кресло.
– Клигера никто не вербовал насильно. Я столкнулся с ним в одном из дешевых балаганов и предоставил ему возможность стать полезным родине. Он с радостью ухватился за это предложение. Справедливости ради следует сказать, что мы дали ему значительно больше, чем он нам. В конце концов Клигер не единственный.

– В этом-то все и дело, - заметил Дан и внимательно посмотрел на генерала.

– Сколько может пройти времени, прежде чем другие в этом проекте... простите, Картрайтхаузе, решат, что с них хватит?

– Ну, нет! Больше оттуда никто не сбежит, - категорично заявил Пэнн.
– Я утроил охрану и установил такие хитроумные запоры, что побег будет невозможен.

"Это все равно, что повесить замок на конюшню, когда лошадь уже увели. Таков неизбежный результат военной машины, которая в своих действиях руководствуется больше политическими соображениями, нежели интересами дела", подумал с горечью Грегсон.

Относительно себя Дан не питал особых иллюзий. Он полезен, но его в любую минуту могут оклеветать, сделав козлом отпущения, и вышибить с позором, если генералу Пэнну понадобится на заклание жертва. А время уходит...

– Нам нужно найти его во что бы то ни стало.
– Генерал забарабанил рукой по столу.
– Грегсон, почему ты его до сих пор не смог найти?

– Я десятки раз выслеживал его и находил, но всегда слишком поздно. Чтобы поймать его, мне нужно быть там, где он находится, или там, куда он собирается пойти, и опередить его. А этого как раз сделать невозможно.

– Эта кража...
– мысли Пэнна вернулись к последнему событию.
– Украсть деньги - я понимаю, а китайскую вазу, зачем? Парень, должно быть, малость свихнулся...

– Он, конечно, ненормальный, но не сумасшедший.
– Дан раздавил сигарету.
– Я думаю, у него была основательная причина для этого.

– Но зачем?..

– Во-первых, она красива. Для тех, кто понимает в искусстве, такие предметы бесценны. Видимо, у Клигера развита художественная жилка и стремление обладать подобными вещами, что меня сильно настораживает.

Пэнн хмыкнул.

– Так вот, мне нужно больше сведений о нем, - решительно заявил Дан.
– Без этого я сражаюсь с тенью, призраком. Я должен пойти туда, где подобные сведения можно добыть.

– Но...

– Другого выхода нет. Никакого.

Тюрьмой его никто не называл. Даже "проектом", потому что каждый знал, что под словом "проект" всегда скрываются такие понятия, как "военный" и "строго секретный". Его назвали Картрайтхаузом, и пройти туда было посложней, чем в Форт Нокс, а выйти потрудней, чем из каторжной тюрьмы Алкатрац.

Дан терпеливо стоял и ждал, пока проверяли и перепроверяли его документы, наводя справки на более высоком уровне, а затем перепроверяя повторно. Прошло много времени, прежде чем он наконец встретился с Леоном Малчиным, высоким худым человеком, отмеченным печатью усталости, который вел себя с вежливостью полковника.

– Генерал Пэнн сообщил мне, что я обязан оказать вам всяческое содействие, - сказал он и уставился на Дана сквозь старомодные очки.
– Чем могу служить?

– Я хочу спросить, как обычные люди могут поймать ясновидца?