— Дементоров не под контролем Министерства не существует! — огрызнулся Фадж, который покраснел, как кирпич.

Дамблдор наклонил голову, слегка кивнув.

— Тогда, без сомнения, Министерство проведёт полноценное расследование того, почему два дементора были так далеко от Азкабана и почему они напали без разрешения.

— Не вам решать, что будет или не будет делать Министерство Магии, Дамблдор! — огрызнулся Фадж, уже приобретя оттенок багрового, которым гордился бы дядя Вернон.

— Конечно, не мне, — мягко сказал Дамблдор. — Я просто выражал свою уверенность, что этот случай не останется нерасследованным.

— Хотелось бы напомнить всем, что если эти дементоры и в самом деле не плод воображения этого мальчишки, то их поведение не является темой этого слушания! Мы здесь рассматриваем нарушение Гарри Поттером Указа о Разумном Ограничении Волшебства Несовершеннолетних!

— Конечно, — сказал Дамблдор, — но присутствие дементоров в том проходе имеет большое значение. Статья седьмая Указа гласит, что в исключительных случаях использовать магию при маглах можно, и так как в эти исключительные случаи входят ситуации, угрожающие жизни самого колдуна или ведьмы или колдунов, ведьм или маглов, присутствующих в момент…

— Большое спасибо, мы знакомы с седьмой статьёй! — рявкнул Фадж.

— Конечно, знакомы, — учтиво сказал Дамблдор. — Тогда мы согласны, что использование Гарри Чар Патронуса в этом случае в точности подпадает под категорию исключительных случаев, которые она описывает?

— Если дементоры были, в чём я сомневаюсь…

— Вы слышали свидетельницу, — перебил Дамблдор. — Если вы всё ещё сомневаетесь в её правдивости, вызовите её ещё раз, допросите её снова. Я уверен, что она не станет возражать. Либо давайте поступим, как предложил мистер Рэйдж.

— Я — это — не… — бесновался Фадж, листая лежавшие перед ним бумаги. — Это — я хочу закончить с этим сегодня, Дамблдор!

— Но вам, естественно, было бы всё равно, сколько раз вы слушали свидетеля, если бы альтернативой была серьёзная судебная ошибка, — сказал Дамблдор.

— Серьёзная ошибка, надо же! — во весь голос сказал Фадж. — Дамблдор, вы когда-нибудь подсчитывали общее число небылиц, которые выдаёт этот мальчишка, когда пытается прикрыть своё вопиющее злоупотребление магией вне школы? Полагаю, вы забыли про Чары Полёта, которые он использовал три года назад…

— Это был не я, а домовой эльф! — сказал Гарри.

— ВИДИТЕ? — зарычал Фадж, делая пафосный жест в сторону Гарри. — Домовой эльф! В доме маглов! Я вас спрашиваю…

— Обсуждаемый домовой эльф в настоящее время работает в школе «Хогвартс», — сказал Дамблдор. — Если желаете, я могу немедленно вызвать его сюда для дачи показаний.

— Я — не — у меня нет времени слушать домовых эльфов! И вообще это не единственное — Господи, да он же раздул свою тётю! — закричал Фадж, стукнув кулаком по судейской скамейке и опрокинув чернильницу.

— А в тот раз вы были очень добры, не выдвинув обвинений, видимо, приняв тот факт, что даже лучшие из колдунов не всегда могут контролировать свои эмоции, — спокойно сказал Дамблдор, пока Фадж пытался счистить чернила со своих записей.

— А про то, что он творит в школе, я даже ещё не начинал…

— …но, так как Министерство не имеет права наказывать учеников Хогвартса за провинности в школе, поведение Гарри там не относится к этому расследованию, — вежливо, как всегда, сказал Дамблдор, но теперь с небольшой прохладой в голосе.

— Ого! — сказал Фадж. — Не наше дело, что он делает в школе, да? Вы так думаете?

— У Министерства нет права исключать учеников Хогвартса, Корнелиус, как я напомнил вам вечером второго августа, — сказал Дамблдор. — Нет у него и права конфисковать палочки до успешного доказательства обвинений, как я вам опять же напомнил вечером второго августа. В вашей восхитительной поспешности обеспечить соблюдение закона вы, кажется — я уверен, неумышленно — сами не заметили несколько законов.

— Законы могут измениться, — грубо сказал Фадж.

— Конечно, могут, — сказал Дамблдор, наклонив голову. — А вы, похоже, проводите много изменений, Корнелиус. Как же — за те несколько коротких недель с тех пор, как меня попросили уйти из Визенгамота, уже стало обычным делом устраивать полноценный уголовный суд из-за простого дела о магии несовершеннолетнего!

Несколько колдунов наверху смущённо поёрзали на своих местах. Багровое лицо Фаджа чуть потемнело. Жабообразная ведьма справа от него, однако, просто уставилась на Дамблдора с ничего не выражающим лицом.