— Мы строим еще одно! — мужчина позади меня кричал сквозь рыдания.

Крошечные волоски на моей шее встали дыбом. Я медленно повернулась.

Он съежился на земле. Кэрран склонился над ним. Лицо мужчины невозможно было прочесть:

— Снова проделаешь это со мной? — Произнес он почти пренебрежительным тоном. — У нас есть человек, человек внутри. — Слова посыпались из него слишком быстро, наслаиваясь друг на друга. — Он скопировал чертежи изобретателя. Мы строили его неделями. Нам просто нужен был рабочий прототип, чтобы настроить аппарат. Он в три раза больше этого.

К черту все.

— Диапазон? — Спросил Кэрран.

— Пять миль, — пробормотал тот.

Достаточно силы, чтобы стереть с лица земли все, от центральной площади до холмов Друидов. Оно может убить большую часть города. Теперь все, что им нужно, только сильная магическая волна.

Кэрран указал на Джима.

— Расскажи этому человеку все, что знаешь. Место, время, имена, все.

Джим схватил мужчину за горло. Его губы раскрылись в дикой ухмылке:

— Не утаивай ничего.

— Барабас! — взревел Кэрран.

Оборотень вышел из Стаи. Сто фунтовый, покрытый рыжеватым мехом, Барабас раскрыл пасть, наполненную острыми зубами, и лизнул клыки. Узкие горизонтальные зрачки прорезали его кораллово-красные радужки пополам, заставляя выглядеть по-демонически.

— Ты мне понадобишься в человеческом обличии, — сказал Кэрран.

Мех неравномерно начал струится и плавится на рыжей шкуре. Мгновение, и Барабас стоял перед Кэрраном, совсем обнаженный, но его глаза все еще светились безумием.

— Да, Господин?

— Созови Конклав.

Конклав начинался как ежеквартальная встреча между Стаей и Племенем, которую проводила нейтральная сторона, обычно кто-то из Академии магов, и проходила она в «Доме Бернарда», высококлассном ресторане на севере. Это давало Стае и Племени шанс решить проблемы до того, как все выйдет из-под контроля. Последние два раза там присутствовали представители и других фракций, чтобы решить свои вопросы. Я была пока только на одном собрании, потому что встреча в канун Рождества была отменена по обоюдному согласию.

— Мне запланировать это у Бернарда? — спросил Барабас.

— Нет. Вон там. — Кэрран указал на одинокий стейк-хаус «Западная Прожарка», расположенный на невысоком холме. Здание было сплошь из стекла и камня. Высокие окна выходили на город. Чтобы добраться до места, лидеры фракций должны вначале проехать через кладбище, некогда бывшее процветающим районом Пальметто.

— Когда?

— В четыре. Закат будет в шесть. Я хочу, чтобы они сперва увидели город. Пригласи магов, друидов, ведьм, Гильдию, туземцев, норвежских представителей. Пригласи всех.

— Кроме Ордена, — добавила я. — Хранители могли проникнуть туда.

Кэрран кивнул.

— А если копы ограничат доступ в этот район? — Спросил Барабас.

Золото прокатилось по глазам Царя Зверей:

— Выкупи место. Они не могут ограничить доступ к нашей земле. Отправляйся.

Барабас бросился бежать.

— У волхвов находится изобретатель, — сказала я. — Мы должны добраться до него первыми. Мне нужно сделать несколько телефонных звонков.

— Я подброшу тебя, — сказал Он.

Мы подошли к машине. Я была совершенно обессилена, еле передвигалась.

— Кэрран?

— Да?

Сегодня, по-видимому, был день, когда я осознала, что на самом деле означает иметь со мной связь. Я кивнула в сторону пленников.

— У одного из них на лбу моя кровь. Ее нужно уничтожить, иначе она выдаст меня, если кто-то ее просканирует.

Кэрран посмотрел на меня взглядом, обычно предназначенным для умалишенных:

— Для начала им придется найти тело.

Позади него сквозь тишину прорывались звуки разъяренных буд, за которыми последовала какофония криков.

— В таком случае, нужно отрубить ему голову, — сказала я.

Кэрран посмотрел на меня с недоверием.

— Мой отец создает чертовых вампиров. Я не знаю, что моя кровь может сделать с мертвым телом. Перед тем, как похоронить, отруби ему голову.

— Может, мне стоит набить ему рот чесноком?

— Кэрран!

— Хорошо, — сказал он. — Я позабочусь об этом.

Я забралась в машину и рухнула на сиденье. Меня охватила усталость. Я висела на волоске, отчаянно цепляясь за него и пытаясь не заснуть. Я скоро приду в норму, но три слова силы подряд, в один момент приравнивались к колоссальному количеству магии, потраченному за слишком короткое время.