Шрифт:
– Я перезвоню, - коротко бросает Макс, прежде чем отключится, до его ушей долетает всё недовольство Махнова, в виде отборного мата.
Суворов убирает телефон в карман. Всё его внимание приковано к Марго. К её дерзкому взгляду, к напряженной позе, и, конечно, к её домашней одежде, которая вызывает умиление. Она выглядит так… по-домашнему. Максим давно не испытывал подобных чувств, и хоть эту заброшенную дачу никак нельзя назвать их домом, но Марго и есть его дом, где бы они не находились.
- Значит, ты хочешь найти Сашу?
– Марго решает не ходить вокруг да около.
– Зачем?
Максим улыбается одним уголком губ, наблюдая за своей насупившейся птичкой. «Ревность? Это что-то новенькое».
– Ну да. Сашу, - спокойно признается Суворов, приближаясь к Марго почти вплотную.
– А что?
– вопросительно поднимает бровь. С интересом заглядывает в зелёные глаза.
Его ладони ложатся на тонкую талию девушки. Максим тянет Марго в свои объятья, но она останавливает его, упираясь холодными ладошками в его обнажённую грудь.
– Подожди. Зачем тебе эта... Саша?
– её имя Марго произносит с брезгливостью.
– Или ты опять мне ничего не скажешь!?
– Я скажу, - Максим убирает её руки со своей груди и закидывает к себе на шею.
– А ты знаешь, что подслушивать нехорошо?
– Ох, да больно надо, - закатывает глаза девушка.
– Ты просто слишком громко орал её имя. Сашу, Сашу, найдите мне Сашу, - паясничает, маскируя обиду.
Улыбка Максима становится шире.
– Что?
– не понимает его реакции Марго.
– Что тут смешного?
– Ревность тебе к лицу, маленькая птичка.
Маргарита вспыхивает от негодования.
– Ревность? Я не... нет, я не ревную, - начинает оправдываться, - я просто...
Максим не даёт ей закончить. Близость её тела воздействует на него магнетически. Он подхватывает свою птичку под попу, поднимает на себя и она тут же обвивает его бедра ногами. Их губы устремляются навстречу друг к другу, сливаясь в сладостном поцелуе, который длится бесконечно. Когда они вместе, время как будто замедляет свой ход, или совсем не существует. Это в одиночестве для Марго, час словно вечность, а день - целая жизнь.
Марго первая отстраняется, тяжело вздыхает и упирается лбом в его лоб.
– Ты прав, - тихо признается она. Её глаза неотрывно смотрят в его глаза, - я ревную.
Максиму больше не нужны слова. Он снова завладевает её губами. Несёт её в спальню, и у Марго в один миг тают все мысли, переживания, требования, которые она хотела выставлять.
Кажется, она хотела попросить у него телефон, чтобы позвонить маме и Наде. Ещё она хотела потребовать небольшую прогулку до аптеки, потому что есть всякие женские штучки, которые она ни за что не попросит купить Максима, или например Генадича. И конечно она хочет объяснений…
«К черту, - пищит внутренний голос, - это всё подождёт».
Мысли покидают её голову, и Марго сама не замечает, как они оказываются в кровати.
И всё повторяется вновь. Её стоны смешиваются с его стонами, хриплыми, гортанными. Её неистовость, ничуть не уступает его неистовости. Страсть превращается в агонию. Они выпивают друг друга без остатка, и словно не могут напиться.
Маленькая храбрая птичка во властных руках преступника больше не трепыхается. Теперь она полностью в его власти, так же как и он в её...
Глава 6.
Максим одевается в обычные джинсы и простую футболку, а Марго не знает, куда спрятать своё чересчур радостное лицо, с довольной ухмылкой на губах. Эти вещи лежали нетронутыми вот уже неделю. В них Максим выглядит так, будто никуда не собирается. И не то чтобы этот наряд смотрится как то непрезентабельно, нет, просто девушка привыкла видеть Суворова в брюках и рубашке – по-деловому. Или совсем не видеть, потому что возвращался он всегда очень поздно, а уходил слишком рано.
Но не сегодня.
Взяв Марго за руку, Максим помогает ей спустится по крутой и с годами рассохшейся лестнице. На первом этаже девушка со стеснением опускает взгляд, потому что мимо проходят двое охранников. И пусть они лишь учтиво кивают в знак приветствия и не проявляют особой заинтересованности, но она всё равно видит загадочные ухмылки на их лицах. Марго начинает казаться, что все присутствующие в доме люди слышали то, что происходило в их с Максимом спальне, и от этого непроизвольно начинает краснеть.