Сегодня Максим окончательно убедился в том, что пора принимать рискованные меры. Марго не место здесь, она должна получать от жизни всё самое лучшее, а не прятаться в старом доме на безлюдной окраине.

«Дурной сон, - это первое, о чем думает Марго, проснувшись, - температура, лекарства, взволнованный Максим - это всё просто дурной сон».

Девушка с наслаждением потягивается и переворачивается к мужчине, мирно спящему под боком. Её взгляд выхватывает чашку на прикроватной тумбочке. Из этой чашки Марго пила напиток со вкусом лимона. И ещё, на ней другая одежда...

«Конечно, он переодевал тебя», - подсказывает внутренний голос.

Марго припоминает, как просыпалась и вновь засыпала, как тело выкручивало от жара и ломоты, и как Максим всё время находился рядом.

Нет, это был не сон.

Маргарита пользуется тем, что Макс всё ещё спит. Вглядывается в его безмятежное лицо, стараясь запомнить каждую деталь: прямой нос, густые брови, легкие тени под опущенными ресницами – отпечатки бессонной ночи, расслабленные чувственные губы, которые хочется попробовать на вкус. Ещё, она хочет провести рукой по его темно-русым волосам, почувствовать их мягкость между пальцами, пригладить, немного растрепавшуюся ото сна, прическу. Но, слушая его ровное дыхание, она очень хочет дать ему отдых и боится разбудить, поэтому тихонько лежит рядом и не двигается.

Недолго. Лежать ей совсем не хочется.

 Удивительно, но сейчас она чувствует себя превосходно, будто ничего и не было, и Марго осторожно покидает кровать, на ходу придумывая себе занятие.

«Приготовлю завтрак», - размышляет девушка. Она с теплом вспоминает взволнованное лицо Максима, и как он переживал за неё, поэтому, непременно хочет отплатить ему за заботу. Для неё это опыт – подобное внимание от мужчины.

«Хотя, - задумывается Маргарита, - и не от мужчины тоже». Она не припоминает, чтобы в жизни, хоть кто-то сидел возле её постели. Отличаясь очень крепким здоровьем, она практически никогда не болела, и, собственно, не доставляла тем самым никому хлопот. Её мама всегда с гордостью рассказывала о том, что и на больничном-то с ней не сидела.

От мыслей о матери Марго отмахивается. Она так ей и не позвонила. Можно сколько угодно убеждать себя в том, что Максим просто отнял телефон, и она физически не может этого сделать. Но правда лежит на поверхности – она просто не хочет звонить. Маргарита никогда не была близка со своей мамой, потому что у той на первом месте всегда была карьера и личная жизнь. И может, когда-нибудь, Марго её поймёт, но не сейчас.

Сейчас она предпочитает думать лишь о своей жизни.

Максим ворочается во сне, и Марго, беззвучно ступая, огибает кровать. На цыпочках подходит к тумбочке, на ней лежат наручные часы Макса, она бросает взгляд на стрелки, чтобы узнать время. Потому что за окном вновь пасмурно и темно, и совершенно непонятно - утро, день или вечер.

Маленькая стрелка почти лежит на восьмёрке.

« Восемь утра, а Максим ещё в постели, - с улыбкой думает девушка, - значит, велика вероятность, что он и сегодня со мной побудет».

Когда Максим ворочается во второй раз, Марго решает не играть с судьбой и поспешно выходит из комнаты, осторожно прикрывая за собой дверь.

На кухне она находит всё необходимое для приготовления блинчиков. Замешивает жидкое тесто, ставит сковороду на электроплитку и приступает к нехитрому процессу. Она что-то тихо напевает себе под нос, проворно переворачивая блинчики и укладывая их ровной стопкой. Так, увлекшись процессом, Марго и не замечает, как на сладкий запах начинают сползаться почти все жители этого дома. Охранники попеременно заглядывают в кухню, но не решаются зайти. Топчутся возле двери до тех пор, пока не является Генадич. Он разгоняет всех восвояси, а сам проскальзывает за стол и тянет внушительную по размерам лапу к стопке блинов. Марго разворачивается к тарелке, чтобы положить в башню очередной блин, и сразу шлёпает Гаврилова по лапище.

– Я всё вижу, - весело фыркает Маргарита, - руки прочь.

Гена в шутку обижается.

– Но я тебе жизнь спас. Лекарства привёз!
– говорит с возмущением, но улыбаясь.

– Спасибо, - Маргарита вмиг становиться серьёзной. Пододвигает тарелку поближе к мужчине, - правда, спасибо! И угощайтесь, конечно.

Гаврилов потирает руки в предвкушении и закидывает угощение в рот, так быстро, словно он не ел неделю.

Марго выключает электрическую плитку, наливает две чашки кофе и присаживается напротив начальника охраны.

Смотрит на него заискивающе, обдумывая, как начать разговор. Как спросить его о плане, который он придумал, и который отверг Максим, но не знает с чего начать.

– Говори лиса, что ты задумала, - опережает её Гена.
– Ты так смотришь, будто я тебе денег должен.

– Я.. эмм... ну, да, я хотела кое-что узнать, - мямлит Марго, теряя драгоценное время.

 В этот момент кухню заходит заспанный Суворов. И вид у него такой, будто он застал свою птичку и Гаврилова за преступлением.

Марго немного скукоживается от его взгляда.

– Блинчик?
– с глупой улыбкой предлагает Максиму девушка.

Суворов невесело хмыкает.

– Ты почему вообще встала?

– Но... Я...

– Давай пей лекарства и марш в постель, - чеканит Макс, несдержанно.

Маргарита сдвигает брови к переносице.

– Я в порядке, и всю жопу себе уже отлежала...

– Но лекарства всё-таки выпей, - вклинивается Генадич. Взамен получает вспыхнувшие взгляды двух пар глаз. Разводит руками, - молчу-молчу, характер мягкий.