Отец со зверской силой сдавливает мое запястье и дышит в лицо.

— В следующий раз я тебе ее вырву. Поняла? — встряхивает меня как куклу.

Страх парализует, и все, что я могу, это кивнуть.

— Умница. Изнутри запрись, мы сегодня пошумим немного.

Бросив очередное предупреждение, он закрывает за собой дверь. Уходит, шаркая по полу подошвами порванных тапок.

Сползаю к полу и усердно растираю запястье пальцами. Останется синяк. Соприкоснувшись с паласом, сгорбившись, подтягиваю колени к груди и начинаю рыдать.

Неконтролируемая реакция. Меня трясет. Губы занемели, а голова вот-вот расколется надвое. В висках пульсирует.

Сегодня злость смешивается со страхом, а еще с бессилием.

Такое ужасное чувство, когда ты ничего не можешь сделать. Барахтаешься, пытаешься, но ничего не меняется. И кажется, не изменится уже никогда.

Утром чувствую себя лучше. Можно сказать, бодрее. Принимаю душ и с облегчением понимаю, что в квартире я одна. Ночью действительно приходили папашины дружки. Их громкие голоса мешали спать. Пришлось искать беруши.

Приведя себя в порядок, топаю на остановку. Когда залезаю в маршрутку, звонит мама. Спрашивает, как у нас с Лесей дела. Не проспали ли мы. Ведь сто процентов полночи болтали….

Вчера я соврала ей, что заночую у Бережной. На самом деле мама не хотела, чтобы я оставалась спать в квартире с отцом. Настаивала приехать к ним. К Алинке.

Тащиться к сестре через полгорода желания не было. Да и с какой стати? Это моя квартира. Наша. Поэтому какой-то козел, даже несмотря на то, что он мой отец, просто не имеет права нас терроризировать. Почему я должна чувствовать себя гостьей в своем доме?

Я снова была слишком твердолоба и уверена в себе. За это и поплатилась.

Провожу указательным пальцем по слегка посиневшему запястью, которое подтверждает этот факт и передаю деньги за проезд.

На входе в универ пересекаюсь с Леськой. Она приобнимает меня за плечи и начинает рассказывать, что видела, как пару минут назад Женька приехал сюда в компании какой-то девки.

Леськино возмущение не знает границ. А я… я просто молчу, потому что мое рыльце тоже в пушку, и муки совести лишь усиливаются.

— Просто подвез, — все же подаю голос, — не бери в голову, — крепко сжимаю ее руку.

Интересно, я на самом деле так считаю или просто автоматически стараюсь оправдать и себя? Вот бы найти слова, чтобы объясниться с Леськой… Только их у меня нет. Мне так страшно потерять подругу, что я молчу, как самая настоящая крыса.

Что касается Кострова, то мне до лампочки. Это он себе там что-то придумывает…

— Не переживай, — подбадривающе сжимаю Олесину руку.

Спиной чувствую взгляд, а обернувшись, замечаю Андрея. Он поднимается по ступенькам, параллельно разговаривая с кем-то из сокурсников.

На моем лице замирает полуулыбка. Я киваю и хочу с ним поздороваться, но он демонстративно отворачивается и проходит мимо. Я же так и остаюсь стоять с приоткрытым ртом.

Мои плечи тяжелеют. Я проматываю в голове картинки и понимаю, что никто ничего не заметил. Все вокруг просто прожили секунды своей жизни. А я поставила этот момент на стоп-кадр.

Это не злит, скорее, вводит в замешательство.

Две следующие пары я нахожусь в таком непонятном, можно даже сказать, гнетущем состоянии. Вся сложившаяся картинка снова разваливается. Рассыпается в мелкую крошку, оставляя после себя лишь вопросы в стиле: как это произошло?

Я так хотела избавить себя от его внимания… вот получила.

Может быть, правду говорят: бойтесь своих желаний?

После пар мы с Бережной сидим на улице. Едим мороженое и обсуждаем предстоящую поездку на конкурс. Леська поедет в качестве группы поддержки.

В череде этих дней, доверху наполненных событиями, я даже понять не успела, что наше выступление вот-вот состоится.

— Вы точно всех порвете!

— Надеюсь, иначе ректор сожрет нас живьем.

— Это да… В последнее время они делают большие ставки на жизнь вуза за рамками лекций и семинаров.

— Ага, — выкидываю обертку от клубничного рожка в мусорный контейнер, установленный рядом с лавочкой, и слегка прищуриваюсь. Солнце сегодня яркое, несмотря на то, что температура с каждым днем опускается все ниже. Джинсовую куртку пришлось сменить на пальто и даже прихватить шапку на случай позднего возвращения домой.

— Кстати, ты придумала, как будешь праздновать день рождения?

Олесины глаза загораются неподдельным интересом. Она любит праздники. Красивые, картинные.

Я же вижу праздники иначе. Отложилось из глубокого детства, когда мы еще пытались их отмечать. Отец всегда напивался, устраивал скандал, мы сбегали из дома, чтобы не попасть ему под руку…