Но всё только начиналось.

После окончания боя против демонических тварей, вперёд вышли гильдии. Эти могущественные организации со временем были организованы иномирцами и они поддерживали их рост.

Только те, кто пережил первые испытания, считались достойными для вступления в гильдии.

Условия и блага зависели от способностей каждого отдельного человека. В Роминиане все давно строилось лишь на силе и навыках.

Тех, кто пережил это бедствие, ждал миг драгоценного спокойствия и подготовка к следующей битве.

Этого набора ждали все гильдии без исключения. Впервые за всю историю призыва иномирцев, кто-то получил десятый уровень в первый же день! Даже несколько часов не прошло после призыва!

Невероятный талант!

Так думали многие, даже игроки, узнав подробности, почувствовали глубокое уважение к тому, кто занял первое место.

Его огромный уровень сиял словно маяк надежды для каждого отчаявшегося.

Раз смог один, то могли, и они!

Подвиг одного человека подарил многим чувство уверенности и веру в собственные силы.

Но время шло, а уровень этого непревзойдённого таланта так и оставался прежним.

Постепенно его обошли другие люди и устремились дальше.

Прошли годы, многие таланты и гении уже прошли отметку в сотый уровень. Первая граница пробуждения и прорыва цепей! Большое достижение для каждого иномирца! Именно после этого они признавались роминианцами и были достойны выйти их жестокого ада и отправиться во внутренние земли.

Про первого игрока, потрясшего весь континент, уже давно стали забывать. Его имя «Мастер Веры в Себя», что служило стимулом и целью многих людей, со временем стёрлось из их памяти.

«Мастер Веры в Себя» потерял для них всякое значение, словно совсем перестал существовать…

Глава 15.

Лур, столица Королевства Драндел.

В высокой башне, напротив величественного и элегантного дворца, рослый и слегка худощавый мужчина постукивал пальцами по столу, держа в руке курительную трубку и задумчиво глядя на выглядывающую из-за окна алую луну.

Солнце уже давно зашло за горизонт, знаменуя о конце дня, но мужчина будто и забыл об этом, совсем не собираясь уходить.

Комната была не совсем большая, но мудро устроенная, а освещала её одна слабо горящая магическая свеча. Шкафы, рабочий стол, пара диванчиков, а также маленький столик между ними, создавали впечатление личного кабинета.

Мебель, выполненная из дорогой, качественной древесины, говорила о высоком положении этого человека. Если бы не беспорядочно разбросанные по всей комнате бумаге, его можно было принять за серьёзного и педантичного человека.

Тук-тук.

Неожиданно раздался стук в дверь.

Пришедший не стал дожидаться ответа, а сразу вошёл, несся в руках кучу бумаг.

Увидев стоящего у окна мужчину, вошедший ни капли не удивился, что тот и не обратил на него внимания. Он просто подошёл к столу, и положил все бумаги на его край. Под слабым светом магической свечи на них можно было рассмотреть разные имена и прочую информацию, которая видимо имела какой-то вес.

— Ты стал уделять много времени бесполезным вещам, — сказал человек, принёсший бумаги, свободным тоном.

Мужчина никак не ответил, всё ещё смотря на Луну. Многие бы не имели понятия, чем заняты его мысли, но говорящий прекрасно знал, а потому продолжил.

— Его не нашли ни в наборе нашей гильдии, ни в трёх других, прими уже наконец, что этот человека давно мёртв! Мёртв также, как и все другие надежды, что когда-то озаряли этот проклятый мир! — голос человека слегка дрожал, в нём чувствовались эмоции и усталость.

Излишняя эмоциональность говорящего в итоге и вернула мужчину назад, в реальный мир. Он обернулся и посмотрел на вошедшего.

— Мы не можем знать наверняка… В это мире может произойти слишком много невероятных событий, — его голос был вял, а изнеможённость слегка заметна.

— Невероятно-отвратительных событий! Клинт, ты лучше меня знаешь, что чудес не бывает! А тот, кто потряс мир четыре года назад не является нашей надеждой! Да, он стал «Светочем» в самый короткий срок, но он также и тот, кто за все эти годы не сделал и шага с того места!

Эмоционально говоривший человек прекрасно понимал чувства своего друга. В тот день, четыре года назад, он и сам было подумал, что-то наконец может измениться, а в их тёмных, проклятых жизнях засиял луч надежды. Но он ошибался! Ошибался, как и все другие!