— Прорыв цепей?.. — от этих слов в голове парня будто прозвенел звонок, внезапно он о чём-то подумал.

— Да, ты прав, — уже зная о чём Чжен По подумает в первую очередь, подтвердил его догадку Биром, — У тебя не должно было быть трёх цепей в твой первый прорыв. Честно говоря, даже двух не может быть, каждый человек борется с одной, я сам разорвал только одну.

— Что это значит? Две другие произошли от этой техники?

Глаза парня расширились, а лицо застыло от шока. Он всё ещё вспоминал, как безумно сложно было разорвать одну единственную цепь, и то как наставник обучал его технике нерушимого тела. Как он должен к этому относиться?

— Не две, а одна, в этом я полностью уверен. Первый уровень техники нерушимого тела сковывает практика одной цепью, — Биром говорил серьёзно, отчего юноша не стал бросать резких и необдуманных слов.

— Если то, что вы говорите правда, то ваши слова не имеют смысл. Первый прорыв людей сдерживается одной цепью, вторая появилась от техники, что я практикую, но откуда взяться третьей? — молодой человек руководствовался логикой. Он не мог понять своей природы.

— Эта новость и для меня стала чем-то по-настоящему шокирующим, — честно признался Биром, — Знаешь, парень, ты умеешь удивлять.

— Удивлять? Как это? — не понимающе спросил Чжен По. Он не мог вспомнить ни одного раза, где бы ему удалось удивить учителя.

— Да постоянно, чёрт тебя дери! Парень, я спрошу у тебя лишь один раз, тебе знаком здравый смысл? Кто в этом мире будет себя так истязать ради силы? Я сам сдался спустя две недели, а ты пережил целых четыре года!

Парень почувствовал, словно его окатили ведром холодной воды. Его сознание на мгновение покинуло тело, а рот так и не успел закрыться, остановившись только на половине пути.

«Как я прожил эти четыре года… Даже оглядываясь на то, что я помню, не было и одного лёгкого или спокойного дня… Каждый раз открывая глаза… я словно с головой себя окунал в глубины ада…»

Только сейчас юноша стал осознавать, что незаметным для него образом, подобная полная трудностей и мучений жизнь стала для него нормой. Градус его восприятия реальности сильно изменился, благодаря чему и продолжался его путь.

— Понял наконец? Ты свихнулся, сошёл с ума в тот самый день, когда узнал правду об этом мире, — Биром разбил завесу лжи, выставляя на показ голую правду.

— Я… спятил? — парень тяжело дышал. Мир вокруг казалось терял краски, словно всё было кем-то выдумано.

— Да спятил, совершенно точно слетел с катушек! — воскликнул старик с горящими глазами, — Кто ещё будет бросаться на первых попавшихся монстров с голыми руками? Кто-то другой, согласиться поставить жизнь на кон, чтобы сломать одну единственную цепь?

Чем больше он говорил, тем сильнее воспалялся его дух. Казалось, что к старику возвращалась жизнь.

— Вижу ты потерян, но не спеши отчаиваться. Ты безумец и что с того? — внезапно речь Бирома сменила направление.

— Что?

— Хм, скажу так, я давно это заметил, ты свихнулся, но почему-то всё ещё пытаешься притворяться нормальным. В пещере это было не так заметно, но во время твоих битв я точно это почувствовал! Пламя, что загорается внутри тебя каждый раз, как ты вступаешь в битву. Тебе же нравится это чувство?

Эти слова оставили Чжен По полностью обескураженным. Неосознанно он стал задумываться об их смысле.

Оглядываясь назад, его жизнь уже давно стала серой и монотонной. Даже ежедневные суровые испытания в пещере не пробуждали в нём сильных чувств. Лишь во время сражений, там, где он двигался вперёд в бок и бок со смертью, только тогда о чувствовал счастье, а мир вокруг обретал хоть какие-то краски.

Речь Бирома словно поддела маску. Маску нормальности, что он давным-давно на себя нацепил, приоткрывая его истинное лицо.

— Вспомни это чувство, когда борешься с кем-то, преодолеваешь трудности, идёшь наперекор судьбе. Вспомни себя! — взывал старик.

…

— Мха-ха! — внезапно Чжен По издал странный смех, прежде чем шокировано прикрыть рот руками.

«Что это было?..» — парень сам не мог понять, что только что совершил.

— Мха-а! — вновь смешок вылетел из его горла. Видя то, как его ученик с собой борется, в разуме Бирома стерлись все сомнения.

— Именно об этом я и говорил, — спокойно, но устал произнёс старый мастер кулака. Его лицо выглядело удовлетворённым, что явно в данный момент не устраивало его подопечного.

— Чему ты так радуешься? Тому, что учись на голову больного?! — парень не желал соглашаться с подобным исходом.

— А почему это вдруг плохо? — ничуть не смущаясь задал вопрос Биром, словно подобное было в порядке вещей.

— А что в этом хорошего!? — ответил вопросом на вопрос юноша.

— Ох парень, ты всё ещё слишком узко смотришь на этот мир.