Шрифт:
— Прошу… — молил тот.
Мы с Мари прищурились, всматриваясь в размазанную картинку. Все было ночью, но доказать то, что на видео именно Роран, было несложно.
«Досадно…»
— Не беги… — прозвучал мой голос, точнее, голос Рорана.
— Прошу, у меня семья! Это лишь моя работа… — хрипел амбал таким жалостливым голосом, что мне стало не по себе.
— Двенадцать! Этой девочке всего двенадцать! О какой работе идет речь?! — буквально орал Роран, вытирая слезы. — Проще было ее убить, сукин сын! Избавить ее от страданий!
— Помилуй, помилуй!
Она выключила экран мобильника и посмотрела на меня с осуждением, бегая глазами по лицу.
— Кто еще знает? — внезапно задал я вопрос.
— Только я… — прошептала та.
— Вот как…
— Что значит вот как?! — чуть повысила та голос. — Скажи мне, как и зачем ты это…
— Хотели изнасиловать мою сестру… — перебил я ее грубым тоном. — Раздели и чуть-было не сделали это… оставь я их в живых, напали бы вновь…
Эти слова заставили ее перемениться в лице. Она будто знала об этом, но хотела услышать от меня лично. Помолчав минуту, она снова сказала, но чуть тише и с пониманием:
— Они ведь очень опасные люди, Роран…
— Как бы поступила ты на моем месте? — склонил я голову чуть в бок, пристально посмотрев на ее карие глаза, успевшие покрыться слезной пеленой. — Убежала бы, поджав хвост?
— Нет, но… — пыталась та что-то сказать, но у нее будто слов не хватало. — Тебя же будут искать…
— Меня лично никто не допрашивал… — пожал я плечами. — Полицейских я не встречал.
— И не встретишь… — прошептала та. — Полиция готова наградить тебя гребаным орденом за устранение опаснейших преступников, передала мне все записи, но ведь дело не в полиции… дело в тех людях, на которых они работают…
— К ним это отношение не имеет… — я хотел-было провести ладонью по ее влажной щеке, но вовремя себя отдернул, напомнив, что в ее глазах я простой школьник.
— Имеет, Роран… — голос ее чуть вздрогнул. — Ты просто не понимаешь, что натворил…
— Ты отчислишь меня? — внезапно сменил я тему, не желая продолжать говорить об этом. Мои глаза бегали от ее широкого лба до красивых пухлых губ.
— Конечно, нет! — разозлилась та, вздохнув. — Не знаю, что делать со всем этим, понимаешь? Это ужасно…
«В моем мире целые кланы ссались ко мне близко подходить, а тут такая суматоха из-за каких-то преступников…»
— Ужаснее другое… — хмыкнул я, бегая взглядом по ее глазам. — Если провалю экзамены, не смогу выступать на межшкольных… а вы еще не выигрывали их, как я понимаю…
— Не выигрывали, но причем тут это?! — удивилась та моему неожиданному заявлению.
— Подтяни меня по учебе… — улыбнулся я. — И я достану тебе титул…
— А не слишком ли ты уверен в своих силах? — хмыкнула та, быстро забыв о амбалах. — И с чего ты взял, что я могу тебя подготовить к экзамену?
— Я слаб в ваших терминах Сито… — пожал я плечами. — Не могу разобраться с уровнями, а ты явно в этом преуспела… я же видел твой взгляд, когда согнул металлическую пластину пополам.
— Да, ты прав… — неожиданно для меня ответила та. — Раньше я преподавала контроль энергии Сито…
— Поможешь?
— Но только если ты перестанешь «тыкать»… — пригрозила та пальцем.
— Не могу обещать, но, думаю, мы договорились… — кивнул я, встав с дивана. — Но тогда занимаемся у вас дома…
— Ох… — приподнялась та, подошла к своему столу и что-то написала на листочке, протянув его мне. — Сегодня в девять… не опаздывай… с тебя титул…
— А с тебя… кхм… с вас тортик… — улыбнулся я, засунув бумажку в карман и двинув в коридор.
«В девять…»
Глава 20
Осторожно закрыв за собой дверь, я забрался на свой этаж, спешно скользнул взглядом по расписанию и метнулся в класс 4-D. Урок уже минут двадцать как был начат, поэтому я спокойно постучался, прежде чем войти в кабинет и извинился за опоздание, объяснив причину своего двухнедельного отсутствия лечением.
— Ладно, заходи, Роран… — указал рукой в сторону парт преподаватель по высшей математике. Я, оглядев ряды, понял, что никто даже не собирается бросать на меня презрительные взгляды. Девушки вообще в лицах изменились, они увлеченно рассматривали мое тело, перешептываясь о чем-то между собой и указывая на некоторые части моего тела.
Манабу в классе был главным авторитетом. К его мнениюприслушивались остальные, поэтому я сделал вывод, что тот стал чуть более осторожен в своем подходе и выборе груш для битья, ведь получать от них достойный отпор ему не доставляло удовольствия.