А баронесса, похоже, не в курсе, кому принадлежит крепость. Сюрприз!

— Вас еще не развели, — буркнул недовольно триптон, видно, что-то пошло не по плану, иначе с чего это он посмурнел. — Нужно будет представить подтверждение… Будет проведена проверка.

Вот как… Что же, тогда еще есть шанс…

— Я рожу наследника герцогу Ридверта, — никак не замолкала Шатари, глядя на Еву с превосходством. — И крепость перейдет ем…

Закончить она не успела.

Ева не увидела, как двигался Йерк, но зато она успела увидеть, как сильная рука вздернула болтливую женщину за шею вверх и прижала к стене. Баронесса захрипела, суча ногами, и попыталась оторвать пальцы, сжимающие горло. Ее лицо стремительно краснело. Ева хотела остановить это безумство, но триптон покачал головой, призывая ее к молчанию.

— Разве она не ваш агент? — ляпнула Ева наугад, ощущая иррациональный страх.

Маркиз не шутил, а убивать зарвавшуюся любовницу у себя на глазах Ева позволить не могла.

— Нет. Насколько я знаю, баронесса Шатари действует из собственных побуждений.

— Вейн — глупец, если думал, что женщина тихо и мирно уйдет в отставку.

— Ты заигралась, тварь, — ледяным тоном произнес маркиз, отвлекая Еву от разговора. — Влезла в дела Ордена и короля. Поверь, я смогу выяснить, кто тебя надоумил. Стража! — гаркнул он, и в кабинет тот же час вошли два воина из тех, которые прибыли с маркизом из столицы. — В темницу эту дрянь, пока я не придушил ее. И пусть мастер Влас ее осмотрит. Я точно должен знать, носит ли она в своем чреве приплод.

Он отшвырнул задыхающуюся женщину в руки стражников.

— Насколько я знаю, шат Вейн отрицательно относился к бастардам и обновлял заклинание каждые полгода, — подал голос триптон. — Думаю, баронесса лжет.

— Ничего, проверка не помешает. — Йерк кивнул воинам, и они утащили полуобморочную женщину с собой.

— Ваша светлость, можно приглашать людей? — в кабинет заглянул капитан Итан.

— Обсудим позже, — кивнула Ева маркизу, задумчиво постукивая пальцами по столу.

Все произошло настолько быстро, что она еще не осознала увиденное и услышанное… А подумать есть над чем. И самое интересное, почему Йерк и триптон позволили вспыхнуть этому скандалу?

— Заходите, капитан!

Под взглядом Йерка и с его короткими, но по делу, вопросами, наконец, получилась конструктивная беседа. Ну как конструктивная… Для Евы, привыкшей к четким цифрам и планированию, все то, что она узнала, было полной абстракцией, и все равно к концу разговора она исписала два листа бумаги… русскими буквами.

Запасов для военных хватало, как выразился интендант баронет Каре: «С голоду умереть не получится». Скотину вовремя угнали в горы, так что пострадал лишь курятник, но птичницы уже посад или наседок, так что скоро опять будут и яйца, и куриные бульоны в достатке, пока же этот деликатес шел только на стол господ. Кстати, обращение к знакомым аристократам здесь было лаконичным — гой. Гой Кере, гой Шатари, но чаще всего звучало — господин. Когда Ева это впервые услышала из уст юного казначея, она про себя хихикнула, слишком это ей кое-что напомнило.

— Репы, зерна и соломы в достатке, — продолжал бубнить Каре. — Вот работников маловато, надо набирать.

— Оружие? — коротко поинтересовался Йерк.

— Этого добра тоже хватает, было бы кому держать в руках. А вот заклинателей ни одного не осталось, их первыми уничтожили, — хмуро сообщил Каре, остальные только закивали головами.

Ева навострила уши, но больше никто ничего не сказал, для местных все и так было ясно.

— Я поговорю с Марлином, попрошу выделить паладина, но лучше вам среди местных поискать, — вздохнул маркиз. — Последний конфликт изрядно проредил наши ряды.

— Среди местной знати вряд ли найдется древняя кровь, — без улыбки возразил секретарь.

Он все время молчал, как и Ева, что-то чиркая на листке бумаги. Сидел далековато, и девушке никак не удавалось рассмотреть, что именно он записывает, но, судя по резким, коротким движениям руки, мужчина рисовал схему.

— Одного таля удержать он сможет.

— А сколько мог удержать мой супруг? — невинно поинтересовалась Ева, чтобы хоть понимать разбежку сил.

— В бою до полусотни, однако недолго, — ответил Буш. — Поэтому он предпочитал призывать не больше десятка, зато сильных. Или одного, но гиганта…

Все непроизвольно поежились. Видно, гигант был чем-то невообразимо страшным. Знать бы еще чем… А тот зеленый птиц, который сопровождал Еву на встречу с мужем, и которому она дала обещание, какой силы? Как бы уточнить…

— Где я могу прочесть про градацию силы талей?

— Зачем вам это? — удивился маркиз. — Среди женщин не бывает заклинателей, не стоит забивать голову тем, что не пригодится.

— Откуда вы знаете?

— Что именно? — Маркиз снисходительно посмотрел на Еву. — Что среди женщин нет заклинателей? За всю историю ни разу никто не заявлял о желании даже попробовать. Максимум, на что были способны аристократки из древних семей, это на призыв домового духа, да и это со временем исчезло. Шата Ева, каждый призыв — это боль и напряжение сил. Удержать в подчинении даже слабого таля в реальном мире стоит огромного усилия воли. Постоянный контроль, борьба, противостояние. Мало кто из нежных созданий сможет или захочет это терпеть.

Мужчины! А договориться по-хорошему они не пробовали? Все бы подчинять, ломать, сковывать… Но о своих мыслях она пока промолчит. Нужно разобраться… Вдруг тали — жуткие неконтролируемые создания, и ее обещание помочь одному из них еще аукнется… Как же мало действительно нужных знаний в голове Евы! Вот зачем ей знать и помнить молитвы на каждый день местной девятидневной недели? Лучше бы что-то полезное вспомнила! Кстати, недели здесь тоже считались забавно — девять рабочих дней и один выходной, который как бы выпадал из календаря.