— Всё, хватит с меня.

— Да и мне, пожалуй, тоже, — протянула чуть нервно Скитер, скурившая уже полпачки.

Вымотанный эмоционально я практически упал на диван. Уставившись в одну точку, угрюмо замер.

— Там ей лет двенадцать было, — глухо произнёс я, подняв голову, и, не сдержавшись, влепил кулаком по подлокотнику.

— Он уже мёртв, — тихо сказала Рита.

— Думаешь, меня это успокаивает? — почти прорычал я.

— Нет, но он уже получил своё.

— Но не от меня!

Глухая ярость, копившаяся всё это время, требовала выхода, и я спросил, зло ощерившись:

— Рита, а ты место, где он похоронен, знаешь?

Та кивнула.

— Да, Амос рассказывал.

— Отлично, — поднявшись, с хрустом размял пальцы. — Тогда мне нужна лопата.

Дождавшись глубокой ночи, мы аппарировали на кладбище. Найдя нужное надгробие и, поплевав на ладони, я с хеканьем вонзил штыковку в не успевшую окончательно слежаться землю, принявшись остервенело копать. Мне это нужно было, заикнувшуюся было журналистку сделать это с помощью палочки, я молча отодвинул в сторону. Чтобы хоть как-то, физическим трудом заглушить то сосущее чувство в душе.

А что хотел я? А хотел я сжечь ненавистное мне существо, пусть даже и труп, и развеять по ветру, хотя бы.

Пусть глупое, пусть иррациональное желание, но мне казалось, что станет легче, должно было стать.

Из могилы я вылез через полтора часа. Устало бросив подле вывороченного памятника лопату, присел рядом с Ритой. Руки, измазанные в земле и глине, гудели. Вздохнув, я посмотрел на звёзды, потом снова опустил взгляд в слабо подсвечиваемую Луной яму. Сказал, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Да, дела…

А Скитер с каким-то даже удивлением взглянув на окончательно опустевшую сигаретную пачку, смяла её в руке. Посмотрев туда же, куда и я, со вздохом со мной согласилась:

— И не говори.

Не сговариваясь, мы поднялись и, подобрав лопату, устало пошли к выходу. Могила Седрика Диггори была пуста.

Проснулся я на удивление отдохнувшим. Приподнявшись на кровати, увидел уже знакомую обстановку ритиной спальни. Сама хозяйка квартиры была тоже здесь, она, замотавшись в одеяло, продолжала крепко спать. Нахмурившись, я осмотрел свои руки, затем, не найдя на них следов интенсивных земляных работ, начал вспоминать что же всё-таки было.

Так и не придя к окончательному выводу, принялся расталкивать соседку по кровати.

— М-м, зай, — сонным голосом пробормотала та. — Ну дай ещё поспать.

— Не-не-не, — принялся я её тормошить с удвоенной силой. — Вставай, у меня тут важный вопрос.

Пробурчав что-то нелицеприятное в мой адрес, она, продолжая кутаться в одеяло, сползла с кровати и поплелась в ванную.

Вскоре послышался шум воды, и буквально через пять минут посвежевшая и переодевшаяся женщина (я даже сам слегка был шокирован такой её оперативностью) уже была готова к диалогу.

— Что вчера было? — задал я вопрос в лоб.

— Тебе за весь день? — её брови иронично взлетели, и я, тут же исправившись, уточнил:

— Ну, так сказать, итоговую часть.

— Мы посмотрели воспоминания Диггори, где он…

— Понятно, — я прервал её, эту тему мне обсуждать было неприятно. — Дальше.

— А дальше ты просто уснул, — пожав плечами, просто сказала она.

— О как, — не удержался я от восклицания и почесал задумчиво затылок. — И всё?

— Ну, ты сел на диван, задумался над чем-то и так вырубился, — начала она вспоминать подробности. — Я тебя ещё когда на кровать тащила, ты сквозь сон вдруг давай говорить что-то про то, что ей же всего двенадцать, ещё руками махал, кое-как тебя утихомирила.

Неужели, все-таки это был сон, подумал я. Действительно, бред, копать могилу лопатой, когда есть палочка. Хотя во сне все казалось вполне логичным.

— Значит могилу Диггори мы не вскрывали? — с сомнением переспросил я. А Скитер вдруг так на меня посмотрела, что я поспешно добавил: — Да сон бредовый приснился. Не обращай внимания.

Всё ещё косясь на меня с подозрением, она качнула головой отрицательно.

— Нет, больше ничего не было.

— Ну и ладно, — нарочито безразлично произнёс я. Однако, вот заронил же этот гадский сон сомнение, теперь уже мне действительно хотелось хотя бы проверить, а лежит ли там тот, кому там лежать следует?

Поднявшись окончательно и приведя себя в порядок, мы позавтракали чем Мерлин послал, а затем я вновь с отвращением уставился на всё также стоящий на столе омут памяти.

Там, насколько я помнил, оставалось ещё пять непросмотренных воспоминаний, относящихся к самым ранним. И их надо было просмотреть. Нам бы пригодилось всё, случайная оговорка, намёк, любая деталь, дающая направление для дальнейших поисков.

Привлёк внимание Скитер, кивнул в сторону омута.

— Пойдёшь?

Та вздохнула.