– Я не о коварстве людей сейчас беспокоюсь. Я даже был бы рад, если бы Лючия попала к ним в руки, – Владыка стоял у стены, где слова проклятия, написанные чистым золотом, как-то особенно ярко вспыхивали, словно реагировали на настроение существа, изрекшего их. – Но разве ты не слышал, что донес Фим? На Той Стороне объявились дэйвы. Дэйвы!

– Простите великодушно, Ваше Светлейшество, но я действительно не понимаю. Да, дэйвы – это зло, которое появляется в нашем мире время от времени, но разве у нас нет опыта по их изгнанию? И битва, когда нам в пришлось соединить свои силы с демонами, тому подтверждение – мы полностью разгромили краснокрылых. Может, и затаились некоторые из них по углам, но нет причины переживать: снарядим тайный отряд и выловим по одному.

– М-м-м, - застонал Светлый Владыка. Когда он обернулся на Советника, тот отпрянул и схватился за сердце – столько боли было в глазах отца, проклявшего собственную дочь. – Как ты не понимаешь? Дэйв – это еще один вид бессмертного, которому проклятие не запрещает завоевать сердце Лючии.

У Советника подкосились ноги, и он рухнул на пол, подняв в воздух облако перьев.

– Это тебе не демон, что готов привести Лючию к Порогу, лишь бы прекратить многовековую болезнь, - Владыка обошел трон и сел на ступени.
– Дэйвы же, узнав, что она моя дочь, способны поставить все Заоблачное Царство на колени. А уж если она полюбит краснокрылого молодца …

– Что-то мне Кразимион резко стал нравиться, - пробормотал Советник, но заметив, что Светлый Владыка свел седые брови в одну линию, подбодрил его. Или себя?
– Будем молиться, что дэйвы о сути Лючии не прознают. Среди ангелов предателей нет, Кразимион о ее родстве с вами не догадывается, да и Темному Владыке не с руки обрывать нашу договоренность: портал в смертоносной реке для него весьма важен. Мы же сразу поняли, почему Его Темнейшество настаивает, чтобы он открылся именно в лаве Красных гор – слишком много среди демонов самоубийц. Видно несладко им под его правлением, раз толпами прут к реке.

– Не надо преувеличивать: нет там толпы желающих оборвать свои жизни. Я давно знаю Люция. Еще с тех пор, как он считался самым прекрасным из ангелов. Сердце у него хоть и почернело, но осталось большим: шанс он дает тем, кто отчаялся. Ступят такие в смертоносную лаву и вновь переродятся на Той Стороне. Хлебнут лиха и опять вернутся к нему, но уже обогащенные опытом и знаниями. Темный Владыка не так прост, как тебе кажется. Он все наперед продумал. Надо бы и его известить, что его мечта о портале может лопнуть, как мыльный пузырь, и все из-за ненавистных дэйвов.

– Об этом не следует беспокоиться. На Той Стороне у него орудуют тайные агенты, что действуют гораздо сноровистее, чем наш Фим, - увидев, что глаза Владыки потеплели, Советник решился на уточнение.
– Выходит, опять вся надежда на демонов?

– На демона. На Кразимиона, - произнес Владыка и, махнув рукой, вызвал перед собой пелену воспоминаний. На раскинувшемся между колоннами полотне цвел Дивный сад, а на поляне с изумрудной травой праведники водили хороводы. Лючия, что была прекраснее любого из ангелов, сыпавших на нее с облаков белые цветы, смеялась и кружилась в танце. Ее золотистые волосы блестели на солнце и заставляли задохнуться от восторга.

По щеке Владыки скатилась скупая мужская слеза.

«Доклад.

Ваше Темнейшество.

На Той стороне произошло два, как я полагаю, связанных между собой события.

Первое: объявились дэйвы.

Второе: пропала Лючия.

Еще доподлинно неизвестно, похитили ее краснокрылые или нет, но подозреваю, что людей на Кразимиона натравили именно они.

Прошу обратиться к Всезнающему и отыскать в архивах случаи вселения дэйвов в иные существа: лучник в алых одеждах прозорливо направлял оружие воинов в нужную сторону. Удивляет также то, что он действовал даже тогда, когда Кразимион снес ему половину головы. Подозреваю, что извечные твари научились прятаться в людских телах.

Агент тайного посольства на Той Стороне,

Д. Всевидящий».

– Дзенториан, как тебе такие известия?
– Темный Владыка, не отрываясь, смотрел на медленно текущую лаву. Ее черная корка, причудливо лопаясь, обнажала красное нутро смертельной для любого демона массы.

– Я подниму воспоминания одержимых, - Всезнающий поднял голову и с удовольствием вдохнул вулканический дым.
– Не все случаи вселения в них бесов были доказаны.

– Если не бесы, то кто?

– В том-то и дело, что некому. Ни один человек не выдержит вселения демона, слишком тяжел груз его грехов. Ты разве не помнишь? Сначала выгорает людская душа, а потом и тело. К ночи одни мощи остаются.

– Как забыть? Сам пробовал, когда на Той Стороне надоело невидимой тенью метаться. Самый могучий воин уже через пару часов не мог на ногах стоять.

– И ангелам вселение в чужие тела неподвластно. Для этого у них слишком чистые сердца. Вот и спроси себя, кто кроме бесов может войти в человека? Никто. А ведь одержимость наблюдалась. И никаких мало-мальских следов беса не находили. Настало время еще раз прочесть воспоминания тех грешников. А ну как что-либо интересное в их рассказах всплывет?