Заметив одобрительный кивок, я развернулся и вступил за невидимую черту. Я знал что меня ждет, знал и все равно оказался не готов. Воспоминания волной окатили мой разум и душу. В этот раз все было не так как с Роном или Ша, сейчас я словно оказался прямо посреди событий, что привели эту троицу к их текущему положению.

— Ты уверен, что это действительно верное решение? — ЛиШу сидел на небольшой подушке и попивал ароматный чай. — Он ведь твой внук. Кровь от крови твоей дочери.

— Ровно как кровь от крови великого князя, объединившего все кланы, — Танхум выглядел усталым, и даже немного помятым. — Его воспитанием занималась Эбигейл, он никогда не станет слушать меня, пусть я трижды буду его родным дедом. После того как его родная мать завела с ним подобный разговор, он перестал с ней общаться.

— Но он не верит, что его отец жив, — подметил ЛиШу.

— Как и девяносто девять процентов всего населения княжества, но это не значит, что он даст нам хоть толику власти, — Танхум склонился над небольшим столиком с чайными приборами, наливая себе еще одну пиалу ароматной жидкости. — Аутрем и Империл должны умереть, оба. Виктория пропала, но она и не стала бы нам помехой, даже оставайся тут. Умрут наследники, умрет централизация. Палата лордов почти полностью нас поддержит. Пора вернуться к истокам, к клановости. Как это было всегда.

— Эбигейл будет воевать до самого конца, — ЛиШу был как всегда краток и подмечал лишь самое важное.

— Будет, — кивнул Танхум. — Именно поэтому, пара моих шпионов уже пару месяцев кормят ее ложной информацией. Полуправда мой дорогой друг, лучше откровенной лжи. Она знает о заговоре, но даже и помыслить не может, что о он уже готов свершиться буквально на этой неделе.

Воспоминания подернулись дымкой и лица коварных советников исчезли. Исчезли, а в моей душе поселилась боль. Те кого я считал верными подданными, оказались двуличными змеями.

В этот же самый момент, мир вновь начал обретать краски, но на этот раз куда более радостные. Комната, ярко освещенная комната. Кажется, та самая комната где родились мои мальчики. Да и ситуация почти одинаковая, бегают повитухи, везде тазы воды и куча тряпок. Кто-то рожает!

— Готов стать отцом? — двухметровый крепкий мужчина ударил кулаком брата в плечо.

— Не знаю, волнительно как-то, — абсолютно не обратил тот внимания на тычок.

Двое крепких парней выглядели воинами, и даже отсутствие крепких лат этого не могло скрыть. Мечи на поясе лишь подтверждали их статус.

— Аутрем, Империл, — неожиданно раздался до боли знакомый голос Эбигейл. — Просили же, не мешайтесь повитухам. Встали как два столба посреди комнаты! А ну на выход. Вам обоим стыдно должно быть, вы и сами родились в этой комнате, имейте уважение к труду старух.

Надо сказать, командного голоса Эбигейл не потеряла ни на грамм, даже продвинулась далеко вперед в этом мастерстве.

— Идем, — махнул рукой Аутрем, но Империл лишь отмахнулся.

Сжав челюсти, он собрался с духом и направился к кровати. Там, на одеялах, лежала девушка. Красивая как само солнце и небо. Михаил помнил ее такой еще с момента их первой встречи в простом баре. Ангелина. Каким-то образом, она носила под сердцем ребенка его сына.

Воспоминание превратилось в туман, и его сдуло, словно ветром. Осталась лишь темнота. Видимо мне давали время на то чтобы я осознал все увиденное. Но это было лишним. Я и так уже догадался, что должно произойти дальше.

Темноту прорезал звук сталкивающейся стали. Его было слышно даже отсюда, из отдаленной комнаты, где сейчас мирно спала Ангелина с маленьким свертком на груди.

Двери спальни распахиваются и к разбуженной девушке подскакивает Империл. Его лицо окровавлено, на руке не хватает пары пальцев, но он крепко сжимает меч.

— Уходи из замка, сейчас же, — бросает он фразу, а затем помогает девушке подняться.

Ей тяжело, роды закончились лишь под утро и у нее было очень мало времени на сон. Но она молчит, одевается и молчит, боится разбудить спящее дитя.

— Раааа, — в дверной проем влетает воин в кольчуге и коротким мечом.

Сделав обманный финт, мой сын одним ударом сносит ему голову.

— Они будут пытаться найти меня, — произнес он и закусил губу. — Мы смогли скрыть твою беременность и роды, но если кто-то увидит нас вдвоем с ребенком, то они никогда не оставят тебя в покое. Возьми.

Мужчина протянул ей амулет с хранителем. Волк из белого пламени душ. Он сможет уберечь наследника почти ото всех монстров оси миров. Теперь его цель, спасти новорожденного ребенка, надежду рода Ма’Фон.

События вновь сменились. Передо мной разнесенный в щепки тронный зал родового замка Амирам. Ни осталось ничего, что хоть отдалено можно было назвать целым. Разбитый мраморный пол можно собирать по кускам как мозаику. Гобелены сорваны и сейчас опавшими тряпками валялись на полу. Но хуже всего пришлось защитникам дворца. Гвардейцы защищались храбро, отчего нападающие еще больше злились и не проявляли даже толики милосердия. Все до единого защитники были мертвы. В живых остались лишь двое.