Сама понимаю, как натянуто всё звучит — но альтернативы у меня нет. Это единственный хоть сколько-то рабочий вариант. И если он прав — можно перестать беспокоиться?

Бригада SOSсама разберётся с путаной реальностью. Нагато и Академия-сити защитят мир от последствий игры в SBURB. Харухи найдёт очередную игрушку и всё окружающее исчезнет.

Включая меня саму.

Я ещё немного постояла под душем, посмотрела, как мыльная вода мгновенно убегает в слив.

Это не моё тело. Не моя жизнь. Оно всё чужое, и всё нужно вернуть исконному хозяину. Ты сама нервничаешь из-за того сюжета, что ждёт впереди.

Но…

Мне ведь пока что всё нравится. Нравится общаться с Уихару, нравится эта чистая, удобная квартира. Я живу одна, я никого не боюсь, у меня здоровое молодое тело, у меня подруги, хорошая репутация…

Я не хочу этого лишаться!

Но что можно сделать? Бригада живёт не в Академия-сити, и даже если узнаю, где живёт — что толку? Одной Нагато хватит, чтобы пресечь все закидоны, у меня против Акселератора и то шансов больше будет, если подловить его разряженного…

Смириться с тем, что произойдёт?

Или попытаться самой определить свою судьбу?

Если бы не этот форум, то ни за что не отправилась бы к заводу. Но увы, нужно поддерживать маскировку Сатен. Вчера я посмотрела её историю сообщений и поняла, что та даже в болезни умудрялась выбираться. Не получится просто так взять и отказаться, обязательно начнут допытываться, а то ещё какая-то добрая душа заглянет проведать, и окажется псиоником…

Ну не придумывается мне вариант откосить!

Хотя ладно, будто беда какая. Всего-то надо прийти на место, сделать пару фотографий, не спалиться, а потом грустно отписаться, что после первого учебного дня голова гудит и сообразить, где тут тайный лаз, не удалось. Заблудиться не получится — в телефоне у Сатен прекрасная интерактивная карта города, я ещё вчера по ней от школы до дома добралась. Арестовать не арестуют, меня Уихару в Правосудии отмажет. На сам завод не сунусь, даже каска не нужна…

В дверь позвонили, и я застыла, только успев натянуть достаточно поношенные джинсы. Кто это? Уихару не обещалась даже… Микото? Куроко?

В груди как-то похолодело, словно вопреки тёплому солнечному дню за дверью стоял кто-то тёмный. Неужели мой сюжет начинается прямо сейчас?

Звонок повторился. Я сглотнула, осторожно подошла к двери и взглянула на видеоэкран.

Огоооооо. Так, тут впускать без вариантов.

Замок щёлкнул — и вихрь едва не сшиб дверь, рванувшись в квартиру и остановившись только посреди кухни. Там он перевоплотился в невысокую блондинку, напоминавшую ожившую куклу — изящная, разодетая по всем пискам моды в фиолетовую курточку с длинной юбкой, из-под которой выступают кокетливые белые чулочки. Даже на голове удерживается стильный фиолетовый беретик.

— Скумбрия! — блондинка выпалила лишь это слово для вторжения в холодильник, а я же изумлённо её рассматривала.

Френда Сейвелун не мертва? Она же вроде должна была, пусть я и не осознаю, в какой именно сюжетный промежуток угодила… в этом мире канонный сюжет вообще можно игнорировать, думаю…

— Садись! — Френда уселась за стол и быстрым движением выскочившего откуда-то небольшого лезвия вспорола крышки сразу двух банок, одну из которых подтолкнула мне. Я осторожно села и взяла банку, а нарядная куколка уже успела сжевать парочку рыбин с абсолютным восторгом на милом личике.

На всякий случай: эта хорошая жизнерадостная девушка преступница и без пяти минут террористка, в сумочке которой лежит полный запас юного бомбиста. И я не знаю точно, что именно она творила, в каноне вроде никогда не углублялись в послужной список Френды и её согрупниц. Лично мне достаточно того, что для них убить человека не составит абсолютно никакого труда.

— Чего кислая такая? — Френда говорила с акцентом, да и взяла ещё одну рыбину, так что я с трудом её поняла. Однако же в ответ постаралась улыбнуться и сказала:

— Первый учебный день.

— А! — Френда лишь махнула рукой. — Я уж который год на школу забила! Только время отнимает и денег совершенно не приносит! Всё заработала лишь своим трудом! — она даже кокетливо поправила беретик.

Верю. И знаю, что «свой труд» — наёмная работа по избиению и убийствам. Будь я не Сатен — мигом выставила бы нахалку за дверь и постаралась вычеркнуть из жизни.

Но я теперь Сатен. И возбуждать подозрения Френды опаснее, чем кого-либо ещё. Так что ещё раз улыбнулась и ответила: