— А если никто не нападёт? — отчего-то это сразу меня заинтересовало, и попугай охотно объяснил:

— О, это мы тоже предусмотрели. Вон, взгляните.

В другом самом углу стояли мужчины, одетые в исключительно красную форму.

— Специальная научная охрана «По-Чере-Пу». Они тоже намнут бока любому напавшему, но если ничего не произойдёт, то обе охраны намнут бока друг другу. Это у них в контракте прописано. Но не бойтесь, — попугай захлопал крыльями. — Кто-нибудь обязательно нападёт. Очень многие возмущаются фактом проведения выставки, не только Я-Забыл-Кто. Правые уверены, что внедрение науки в магию приведёт к краху общества, левые уверены, что внедрение магии в науку приведёт к краху общества, централисты уверены, что внедрение приведёт к краху общества, и мы должны уважать их мнения, потому что если начнём затыкать неугодных, то это приведёт к краху общества.

Несколько секунд все, включая попугая, просто молчали. А затем тот торопливо произнёс:

— Простите, там прибыла ещё одна делегация, я не хочу отвлекаться.

И на полной скорости умчался в сторону дверей. Я лишь закрыла глаза и вздохнула.

Кто-нибудь обязательно нападёт. Да. Сомнений не было изначально. И если нападёт — руки в ноги и ходу.

Что немного сложно, так как мы дальше всех от входа. Ну и команда Гаттера ровно напротив нас со своей машиной… что там у остальных-то?

Гриффиндорцы стоят рядом с неподвижной копией домового эльфа и кипой бумаг — хорошо, понятно. Когтевранцы закончили копошиться с золотым органом, хотя внешне ничего не изменилось. Пуффендуйцы разместились рядом с нами, их проект смахивал на гигантский рисовый шарик. Слизеринцев отсюда особо не разглядеть, но вроде демонстрируют что-то закрученное.

У меня всё сильнее подозрения, что только команда Гаттера подготовила что-то полезное и нужное. Все остальные тяп-ляп на скорую руку, хотя само событие подаётся как нечто важное и торжественное. То есть да — нападут, и к этому нападению не просто готовы, но и активно спровоцировали.

Интересно, а вот… как бы руки в ноги сделать так, чтобы заодно остаться и попытаться разобраться? Может, я угляжу что-нибудь, что подскажет мне о происходящем. Или список участников уточню. Или вовсе произойдёт что-то совсем переворачивающее…

Оп-па, а экспонаты ещё не всё. Мордевольт шёл по ковровой дорожке, а следом за ним в нескольких сантиметрах от пола плыл стеклянный шар, внутри которого на расшитой подушечке уместилось огромное устройство, напоминающее пучком огромных стволов какой-то многозарядный ракетомёт.

Зуб даю — Труба Мордевольта. Устройство, способное лишить магии абсолютно любого волшебника и передать её тому, кто стреляет из этой трубы. Для демонстрации мощи слияния магии и науки вполне подходит, но тут как бы нападения ожидают, не слишком рискованно?

— Ну вот, — Мордевольт остановил шар с Трубой на месте трибуны. Сейчас он выглядел более вовлечённым в реальность, даже осмотрелся с какой-то живостью. — О, подождите, это ведь гости из Академия-сити?

Он быстро подошёл и уставился на нас. Вблизи Мордевольт по-прежнему походил на рассеянного учёного тёмного мага в фиолетовом капюшоне на белом халате. Впрочем, уже через секунду халат и капюшон обменялись цветами.

— Эээ… — Мордевольт протянул мне руку, затем посмотрел на неё и аккуратно завёл за спину. — Уинстон Мордевольт, непризнанный учёный.

— Что вы, профессор Мордевольт, — Порри появился рядом с нами словно из ниоткуда. — Вы очень даже признанный!

— Разве? — удивлённо взглянул на него Мордевольт. — В чём я признался?

— В том, что вы великий учёный!

Пару секунд они смотрели друг на друга, а затем Мордевольт, как истинный гений, решил не углубляться в то, что не понимает.

— Приветствую, э… — он вновь повернулся ко мне, но теперь я поклонилась и вежливо ответила:

— Сатен Рюко.

— А, — он смерил меня задумчивым взглядом. — Я думал, Разрушитель Барьеров внутри какого-то парня.

— Это я, — сообщил Тома.

— О. В таком случае прошу прощения… — Мордевольт двинулся было к Томе, но затем уставился на модель города и застыл. А через пару секунд взглянул на Комое-сенсей и нахмурился.

— Девочка, вы… ээээ… какой-то научный гений? — спросил он.

— Нет, благодарю, — улыбнулась ничуть не обидевшаяся Комое-сенсей. — Меня зовут Цукиёми Комое, я преподавательница в Академия-сити.

— А, тогда приветствую, коллега, — Мордевольт вновь протянул было руку, вновь посмотрел и вновь спрятал за спину. Взглянул на Тому, на город, на Комое-сенсей, на меня и, зачем-то, на Порри.

— Профессор, — тот же посмотрел в сторону ворот. — Похоже, сейчас начнётся выставка.

— Уже? — Мордевольт с видимым сожалением взглянул на нас. — Простите, я должен буду произнести речь. Э-э, мистер Перри… вы не знаете, какую именно речь?