— Спинку потрешь?

— Еще как потру, — пообещал он, запуская руку мне между ног.

— Спина повыше, — подсказала, но Шакиров слов моих уже не слышал, а через минуту и мне не до разговоров стало.

… Когда мы вышли в большую комнату, которая по размерам была не гостинной даже, а целым залом, я смогла, наконец, оценить татарский дизайн интерьера.

Ковры. Роскошные такие, не как в моем постсоветском детстве, когда перед сном вместо телика их на стене разглядываешь, но ковры! И не один, а много, на полу, на стенах даже. А ещё портреты в позолоченных рамках, на стене висят. На каждом — к голове Шакировской родни нафотошоплены тела в нарядных костюмах и платьях. А сзади , на фоне, дворцовые палаты, не иначе, не портрет, картина!

Таир улыбался и за плечи меня придерживал, наверное, чтоб не сбежала, а было от чего. Точнее, от кого: в комнату постепенно стягивалась родня, женская ее часть, во главе с маленькой, воинственно настроенной эби.

— Здрасти, — сказала я и руку ей протянула, — Ася. Вы меня , наверное, не помните…

— Оятсыз ( бесстыжая), — буркнула бабушка, на руку посмотрела мне, точно я ей на ладони дерьмо собачек подсовываю, и по русски уже, — помню. Очень хорошо.

Понятно, мира между нами не будет, этот маленький Гитлер в бархатном национальном платье и платке объявила мне войну.

Я назад попятилась, спиной в Таира утыкаясь, но он меня за плечи обнял покрепче.

— Эби, тынычлан ( успокойся), — мягко, но твердо произнес он, — давайте знакомиться. Это, — тут Таир похлопал меня по плечу, — Ася. Ась, а это моя эби, Асия апа. Ася, Асия, запомнить легко и просто, да?

С нажимом такой вопрос, чтоб не отвертеться. Ещё и зовут похоже, вот засада же. Эби такая схожесть имен тоже не понравилась, она аж вскипела, того гляди из носа пар. Но кругом родня, а скандалы в благородном семействе закатывать видимо, не прилично, вот и осталось только глазами меня испепелять.

— Можете называть меня Настя, — услужливо подсказала я, стараясь соблюдать пиетет. Выходило так себе, — ну или вообще никак не называть.

Рядом кто-то фыркнул недовольно, глаза скосила — та самая Зайка. Смотрит на меня недобро, но молчит, на Таира поглядывает. Это здесь какими ветрами? Ясно, что не девушка Шакирова, стал бы татарин так перед родней подставляться, значит, кто-то из родни или близких.

Неудобное молчание прервала мама Таира. Это потом я уже поняла, кто она, а по началу на появившуюся передо мной женщину даже внимания не обратила, слишком непохожа на всю остальную галдящую родню. Невысокая, неприметная и приятная женщина, как она столько лет такую свекровь выносит?

— Меня можешь называть Фарида апа, — представилась она, — сейчас я тебя с остальными познакомлю.

И начала перечислять женщин по именам, а я только успевала кивать, даже не пытаясь запомнить, кто из них Гульназ, Гульшат, Гульфия, а кто — Эльмира, Ильвира и Альмира.

На сегодня татарских имён было больше, чем предостаточно, в какой-то момент я злорадно подумала, что парочка совпала с бараньими.

Убедившись, что мне ничего не угрожает, Таир слинял к мужской части родни, с которой мне ещё предстояло только познакомиться.

— Ты завтракала? — спросила Фарида апа. Я отрицательно мотнула головой. Интересно, если я прикроюсь Рахматуллой, то смогу уехать в город? Как представлю, что мне ещё неделю придется провести среди шумной толпы родни, с кричащими детьми, готовыми запрыгнуть на шею, да ещё под испепеляющим взглядом эби, так хоть ложись и накрывайся простыней.

— Пойдем на кухню, попьем чай. Зай, идёшь с нами? — позвала женщина. Девушка испуганно вздрогнула, переводя на нас взгляд, а потом кивнула:

— Да, мам.

Значит, это сестра Таира?

Теперь я смотрела на него с большим любопытством. Если про младшего брата своего парня я ещё хоть что-то помнила, то наличие сестры стало для меня открытием. Впрочем, Таир тоже мало что знает о моей семье…

На кухне было жарко, даже несмотря на открытое окно. На досках сушилась нарезанная лапша, пироги, накрытые пергаментной бумагой, занимали подоконники, на плите кипел огромный чан с бульоном. Кухня была невероятных размеров, с навороченной техникой, что татарская бабушка в такой интерьер с трудом вписывалась. Тут бы Джейми Оливеру кулинарить в самый раз, а не картошку с мясом варить. Кое-как мы нашли свободный уголок, пристроившись за кухонным островом. Пока мама Таира делала кофе, Зай уставилась на меня испытующим взглядом. Вблизи я поняла, что она совсем молоденькая, лет девятнадцать — двадцать, не больше.

— Значит, ты девушка Таира, — начала она. Я плечами пожала, ни да ни нет. Вот где его сейчас шайтан носит? Сам привез, а расхлебываю я.

— А ты его сестра.

— У вас с ним все серьезно?

И так вопросы мне эти не понравились, что я решила повредничать.

— Очень. Жениться хотим.

Ну а что? Ему можно, а мне нельзя.

Зайка поперхнулась, кажется, но продолжить допрос не успела. Мама Таира поставила перед нами чашки с кофе, себе налила чай в такую большую чашку, что в ней утонуть можно было.