– Вскрываемся? – спрашиваю просто так и получаю в ответ утвердительный кивок, раскрывая свои карты. Озвучиваю комбинацию и победно смотрю на поникшего пацана, который сейчас только что проиграл собственную невесту.

Блондинка не верит в происходящее и резко встаёт с места, и что-то шепчет себе под нос.

Наивная овечка решила, что сбежит, но у неё не выходит. Ну, уж нет, Рози, сегодня у меня на тебя очень большие планы.

– Отпусти, – взмолилась, переставая тарабанить по спине бугая. Результата никакого, только тратила свои и так немногочисленные силы. – Если тебе так хочется потрахаться, позови проститутку. Зачем тебе я?

– Замолчи, – не грубо, но твёрдо произнёс. – Эти слова звучат из твоего ротика слишком грязно и порочно. Боюсь, мы не успеем дойти до комнаты.

– Эй, а я тут при чём? – слышу голос Тео и по его надрывному дыханию понимаю, что всё это время он пытался вырваться из цепких захватов охранников. – Мы так не договаривались!

– Не договаривались, – подтвердил Грант, открывая перед собой двери. Мы заходим в тёмную комнату с тускло освещённым светом, от которого резко начинают болеть глаза. – Но ты же не думал, что я отпущу тебя просто так, Диксон? Я уже говорил, что ненавижу лгунов и крыс. Ты – один из них. То, что ты проиграл свою невесту в покер, доказывает, что ты – обыкновенное дерьмо. Я не моралист, но за это тебя стоит проучить.

От его слов у меня закружилась голова. Роджер Грант осуждает Тео за его поступок, но не собирается отпускать меня. Хуже – хочет переспать. И только из-за того, чтобы наказать Диксона.

То, что он назвал его настоящую фамилию, не сразу дошло до моего затуманенного рассудка.

Мама, во что я ввязалась? Пожалуйста, если слышишь меня с того света, помоги мне.

– Я не крыса! Не понимаю о чём вы, – на этих словах меня кидают на кровать, и я как безвольная кукла оказываюсь на мягкой постели. Тело горит адским огнём, из-за чего ёрзаю на простынях, поворачивая голову в сторону. Пытаюсь рассмотреть сквозь дымку желания происходящее.

Тео что-то кричит, пока двое бугаев привязывают его к какому-то кресту. Господи, что это такое?

Осматриваюсь по сторонам и замечаю различные тематические предметы: плети, кляпы и наручники. Глаза расширяются от испуга, и я дёргаюсь, пытаясь встать с кровати. Только вот стоит мне сесть, как Грант оказывается прямо передо мной. Утыкаюсь ему лицом вниз живота и испуганно поднимаю взгляд вверх.

Он улыбается, а после кладёт ладонь мне на плечо, чуть толкая. Кажется, я перепила. Потому что после выпитого шампанского, меня лихорадило с ног до головы и силы будто испарились. Именно поэтому упала обратно на кровать, без возможности сопротивляться. Понимала, что сейчас нужно вырываться, но тело не слушалось меня, не подчиняясь мозгу.

Голова сама повернулась в сторону Диксона, которого привязали к строению, а потом засунули кляп в рот. Я бы посочувствовала ему сейчас, но и мне самой было сейчас худо.

– Ты боишься? – слышу над собой голос и машинально поворачиваюсь в сторону мужчины. – Не стоит. Обещаю, не возьму ничего в руки из того что ты увидела. Я не любитель БДСМ.

Если он думает, что это как-то меня успокоило, то могу сказать сразу – ни черта. Успокоил бы он меня тогда, когда вывел из казино и отправил домой. Пусть делает с Тео, что угодно, теперь мне абсолютно плевать, что станет с ним потом. И всё равно, что нас многое связывало.

– Прошу, – тяжело дышу с каждой минутой, но нахожу в себе силы говорить. – Отпусти меня. Я ничего никому не скажу.

– Нет, – спокойно и равнодушно отвечает, расстёгивая пуговицы на своей рубашке. Паника охватила всё тело, и я, неуклюже встав на локти, отползла чуть назад. Только сейчас заметила, что кроме меня, Гранта и привязанного Диксона здесь никого не было.

Господи, неужели, он хочет сделать это со мной на глазах моего уже бывшего друга? Нет, я не настолько тронулась умом, чтобы терпеть всё это!

Пытаюсь резко встать, но сильные руки Гранта оказываются на моих плечах и впечатывают в мягкий матрац. Мужчина нависает надо мной, оказываясь своим лицом в пару сантиметрах от моего лица.

Вблизи я смогла разглядеть каждую чёрточку его лица. Увидела слегка видимые морщинки, показывающие его возраст. Сколько ему было? Лет тридцать?

– Тогда я пойду в полицию, – шепчу ему в губы, чувствую, как тепло в очередной раз приливает к щёкам. Бегаю взглядом его лицу, рассматривая каждый сантиметр.