Шрифт:
Сын Рустамбая Мурат накинул на плечи шубу, натянул на голову малахай и вышел из дому.
— Пойдём по домам, Рустамбай-агай, будем смотреть людей, может, всё же найдём, — предложил Салават.
— Ты мой гость, господин полковник! Сиди, расскажи про войну. Я мясо варить велю. Не годится мне, старшине, из дому так отпускать тебя, без угощения.
— Война не ждёт, Рустамбай! Пятьсот человек башкир и пятьсот русских воинов могут погибнуть, пока Салават будет есть бишбармак. Пойдём по дворам, — настойчиво повторил Салават.
— Экий ведь ты несговорный, упрямый! — проворчал старик.
Кряхтя, кашляя, охая, жалуясь на боль в пояснице, собирался старый Рустамбай, напяливал шубу, искал малахай, завалившийся куда-то за печку, потом с помощью старой жены разыскивал палку и рукавицы. Салават нетерпеливо ждал его у порога, взявшись за дверную скобу, как вдруг кто-то резко рванул дверь снаружи.
Вся занесённая снегом, тяжело дыша, стояла в дверях Гульбазир.
— Они схватят тебя, Салават! — сказала, как выдохнула, она. — Я была у сестры Кулуя Абтракова. Все три брата сошлись у него и с ними…
— Гульбазир! Девчонка! Что ты болтаешь! — перебил её Рустамбай. — Тебе показалось…
— Нет! Я слыхала! Кулуй послал сына за Бахтияром Янышевым. Лучник Бурнаш побежал к тебе в дом предупредить; Амина сказала ему, что ты у отца… Дочь Кулуя…
— Идём, старшина! — позвал Салават. — А ты говорил, что в деревне одни только бабы! Надо скорей набрать воинов. Начнём с дома Кулуя Абтракова.
Рустамбай испуганно заморгал.
— Может, утром пойдём, Салават? Вон ведь видишь, какой буран — занесло совсем девку! — лепетал он. Услышав от Гульбазир, что ожидается стычка с «верными» баями, Рустамбай не хотел оказаться замешанным в это дело ни с той, ни с другой стороны. — Смотри, ведь какой буран, а! Домов-то не видно!.. — уговаривал он Салавата.
— Война не ждёт хорошей погоды! — оборвал Салават старика. — Боишься? Не хочешь идти?!
— Да ты ведь подумай-ка сам, господин полковник: а ну как девка-то правду сболтнула! Тебя тут схватят, а мне чего будет за то?! Ведь я старшина, значит, нынче.
— Их там много, жягет, — сказала Гульбазир, — тебе их не одолеть! Я правду сказала! Они говорят, что поймают тебя и сведут на завод, отдадут солдатам…
Девушка смотрела на него восторженным взглядом и хотя остерегала его, но в её глазах он читал, что она не верит в его осторожность, в страх перед врагами. Всем существом она хотела, чтобы он её не послушался, чтобы он всё же пошёл на врагов и победил их…
Салават усмехнулся.
— Что ж, Рустамбай-агай, мне идти одному? — спросил он старшину.
В это время дверь распахнулась, и в дом Рустамбая вбежала едва одетая, вся в снегу Амина.
— Салават! — закричала она со слезами. — Спрячься скорей! Они хотят напасть на тебя… Тебя убьют, Салават!..
— Успокойся, жена, — сурово сказал Салават. Он почему-то не хотел назвать Амину ни ласточкой, ни цветком, как звал её дома. — Ты готов, старшина? — спросил он.
— Права ведь жена твоя, Салават, — возразил старик.
Но тут во дворе Рустамбая послышалось конское ржанье, кто-то отпрукнул коня у крыльца и вошёл в сени.
Салават незаметно взялся за пистолет, лежавший за пазухой, приготовившись сопротивляться. Но в клубах морозного пара у дверей стоял только брат Гульбазир, Мурат. Он был обвешан оружием.
— Салават-агай, я собрал тебе воинов. Нас восемнадцать жягетов, — сказал он. — У всех у нас луки, сукмары, ножи, топоры и пики. Возьми нас к себе.
— Сколько же лет тебе, воин? — спросил его Салават.
Мурат усмехнулся.
С соболем шапка зелёного цвета —Вот Салавата-батыра примета.Спросите: «Скольких же лет Салават?»Батыру пятнадцати лет ещё нету, —пропел он.
Салават засмеялся. Смех его подхватил Рустамбай.
— И тебе нет пятнадцати? — спросил Салават юнца.
— Мне шестнадцать. Только троим у нас по пятнадцать лет. А есть ещё по семнадцать!
— И все на конях?
— На конях, — гордо ответил юноша.
— А ты говорил, агай, что в ауле нет годных к военной службе! — сказал Салават Рустамбаю. — Айда к Абтраковым!
— С детьми, господин полковник?! — выкрикнул старик.
— С храбрецами, Рустамбай-агай. Восемнадцать смелых жягетов — это целое войско! — возразил Салават, и в голосе его было торжество. Он знал настоящую цену пылкости и отваге юношей…
В доме Кулуя Абтракова сошлось семеро «верных» баев. Они приготовили для поимки Салавата оружие, верёвки и самых быстроногих коней, собираясь его схватить, как только ночью он окажется один у себя дома.