— Он перешёл на первую ступень! — крикнул Меридий в порыве.

Сфера переводчик всё ещё висела в воздухе, позволяя разобрать что они говорят. Когда я наконец преодолел злополучные 15 метров до Надежды, Сайкрас появился рядом с ней и ударил ладонью в грудную пластину. Воронцова взмыла в воздух, и как ракета пролетела в тройке метров от меня в сторону развалин, так что я едва успел дёрнуться в тщетной попытке поймать её. И будь я проклят если за те доли секунды пока это происходило, рожа этого ублюдка выражала не радость от сделанной паскудности, так как смотрел он мне прямо в глаза. Это короткое мгновение торжества дорого обошлось ему, так как его окутал не понятно откуда взявшийся огонь, вспыхнувший идеальным шаром, вокруг. Вспышка вызвала затемнение линз спасая мои глаза от ослепления. А в следующий миг шар огня разошёлся перебитый сферой багрового тумана с опалённым Ужасом в эпицентре, что задела меня и герцога стоявших ближе всех.

В голове словно бомба взорвалась когда меня уходящего длинным прыжком от этой непонятной фигни, накрыло. Туман совсем не навредил, нет. Мышцы лишь вздулись от бешеного прилива адреналина, похоже полностью вытесняя кровь из системы кровообращения, придавая чувство нечеловеческой мощи. Ярость, пожирающая и всесокрушающая в своём ужасающем порыве поглощала меня полностью, без остатка. Ненависть ко всему живому и всему что похоже на живое, гасила искры рассудка как цунами одинокий огонь свечи.

После того как Меридий заставил её принять пилюлю, Надежду почти мгновенно перестал терзать панический страх и она почувствовала себя чуть ли не царицей мира, неуязвимой для простых смертных, одновременно ощущая небывалый прилив сил. В уголке разума она конечно понимала что это всего лишь эффект стимулятора, но тихий голос здравого смысла быстро заглох, когда искомое чудовище оказалось в поле зрения, неуловимо быстро выскочив и убив одного из отряда герцога. Впервые ей довелось полноценно лицезреть невероятно могучую фигуру Сайкраса, один его вид которого подавлял волю к сопротивлению. И если бы не съеденный стимулятор, она бы наверняка просто не смогла выстрелить. Резко вскинув винтовку Воронцова дала длинную очередь точно по центру груди. Пули вместо того что бы кучно лечь в районе пары угловых минут, просто отклонились на подлёте выбив крошево бетона из дома в 20 метрах позади, повторив результаты других стрелков. Снаряд выпущенный мехом взорвался под ногами Сайкраса, и мелкие осколки на излёте ударили в Надежду без вреда отскочив от брони. А затем он неуловимо растворился в воздухе, оставив чувство недоумения и неуверенности в собственном здравом уме, пока ракеты оглушительно взрывались на месте его падения.

Следующей целью этого чудовища стал Борис, так что у неё сердце в очередной раз пропустило удар из вновь вспыхнувшего страха, но уже не за себя. Но тот умудрился невообразимо быстро изогнуться в подкат и ударить в ответ загоревшимся мечом. Так что она заметила лишь смазанные движения и взрыв в доме напротив, после чего часть дома обрушилась обдав их облаком пыли. “Ё. нные уроды чуть не убили его, открыв стрельбу!” А затем Ужас возник рядом с ней, мощно толкнув рукой в металлический нагрудник так что хрустнули рёбра. Долгий полёт и жёсткое приземление в развалины дома выбило весь воздух из лёгких, на короткий миг погасив сознание. Холод пронзил всё тело Надежды, когда она увидела кусок изогнутой арматуры торчащей из живота. Войдя под пластину на пояснице, она вышла спереди окровавленным острием в обрывках бронеткани.

Тем временем взглянув на поле Воронцова увидела как Борис попал под странную волну разошедшееся от Сайкраса и просто встал как истукан безвольно повесив руки, словно отключившись в стоячем положении. Герцога волна тоже коснулась, но он повёл себя совершенно иначе издав нечеловеческий крик полный безумной ярости, что перекрыл грохот непрекращающейся стрельбы, и бросился вперёд к Борису занося автомат назад на манер дубины. Скорость удара была такова что напрочь выпала из восприятия, но Борис сделал длинный шаг вперёд сближаясь в то мгновение когда Меридий только делал замах и импровизированная дубина шлёпнулась об спину, не причинив особого вреда. Герцогу же повезло гораздо меньше и из его спины торчало продолжение плазменного клинка, продолжая испарять плоть с бронёй под весом оседающего тела. Мех в последний раз выстрелил из пушки Сайкрасу под ноги, от чего того здорово посекло осколками, откинув на стену дома и начал переводить огонь вместе со всем отрядом на новую угрозу. Надежда успела лишь увидеть как Борис на манер дикого животного бросился на четвереньки, уходя в сторону и тут же его поглотило угольно густое облако дыма, быстро разрастающееся в стороны. Вспышки на короткий момент осветили облако изнутри, но затем и это пропало когда дым дошёл до Надежды. Казалось что он поглощает не только свет, лишая видимости, но и звук. А затем весь дым внезапно, начал резко опадать хлопьями очищая зону видимости. Даже в таком удручающем состоянии она догадалась, что это дело рук того странного типа в длиннополой броне из отряда Меридия, что стоял вскинув голые ладони потрескивающие электричеством в воздух. При этом даже сквозь броню ощущалось идущие от него вибрации странной энергии. Однако её порадовало что Бориса на том испещренном снарядами месте уже не было, значит он всё таки сумел уйти.

Пока пока остатки гвардии судорожно водя оружием по сторонам, искали две пропавшие угрозы, фасадная многотонная панель с пятого этажа с треском отделилась от здания и полетела вниз кувыркаясь. Штурмовик оказывавший помощь раненному снайперу, резко отпрыгнул выходя из зоны поражения, а вот бедняга посечённый осколками этого сделать не смог и плита грохнулась плашмя, лишь разбрызгав кровь в стороны. Оставшиеся трое бойцов открыли огонь на подавление в сторону проёма, но на миг показавшегося силуэта Бориса там уже не было. Новая атака последовала со стороны раненого Ужаса, вновь вышедшего из невидимости справа от меха и ударившего в приводы пушки. Короткие искры засвидетельствовали вывод из строя главного калибра. Мех отреагировал со всей возможной для его габаритов скоростью, ударив стволом орудия. Сайкрас без труда увернулся от орудия прогнувшись в пояснице назад, но вот пара пуль выпущенных оставшимися бойцами его достала, преодолев ослабевшее кинетическое поле. Пробитое бедро с животом не помешало Ужасу резко перекатиться по земле за спину меха, перекрывая им линию огня. После чего он прыгнул на спину и начал голыми руками выдирать оборудование, стараясь добраться до важных систем. Солдаты бегом начали обходить с двух сторон, но в это время из окна второго этажа вылетела пара гранат взорвавшихся в воздухе облаком дыма. Колдун взмахнул руками и дым вспыхнул огнём, из которого вылетел бугрящийся искусственными мышцами Борис, с которого на лету отпадали куски прогоревшего маскхалата и разгрузки. Короткий взмах и брошенный им кинжал вошёл за ворот доспеха колдуна по самую рукоять. Следом ему на плечи приземлился Борис с хрустом втаптывая в землю неудачливого бойца.

Теперь Надежде совершенно не казалось что он похож на пухлого медвежонка. Она попыталась сняться с пробившей её железяки, но боль пронзила всё тело, мешая это сделать. Воронцова набрала в грудь воздуха и со стоном сквозь зубы попыталась вновь подняться, повторяя изгибы арматурины. Со скрежетом насечки по доспеху ей удалось сдвинуться на на десяток сантиметров, от чего потемнело в глазах и онемели мышцы. Долгое мгновение чтобы придти в себя отдышаться и предпринять очередную попытку.

На поле боя механоид завалился вперёд с разгорающимся на спине пожаром, а оставшийся штурмовик поливал Сайкраса короткими очередями. Израненный Ужас с трудом уворачивался от огня противника смещаясь в сторону, часть попаданий принимая на кинетический щит. Это всё равно его не спасало, и порой из конечностей вырывались фонтанчики крови, но без критических ранений.

Ноак же медленно приближался к Борису, поигрывая мечом клинок которого мелко вибрировал, создавая впечатление волнообразного движения режущей части. Пара шагов и они словно взорвались градом атак, так что она могла разглядеть только смазанные движения. Короткая секунда и в одну сторону полетела отрубленная кисть Бориса сжимающая плазменный меч, а в противоположную гвардеец со сломанной ударом ноги шеей. Оба раскрыли свои истинные возможности, чего старались не делать на тренировке. Из обрубка руки Бориса толчками выплескивалась кровь, но он казалось не замечал этого, направляясь к штурмовику.