– Я? Но я же ни разу не была замужем.

– Верно, зато выросла в семье, которую я считал безупречной. Твои родители были счастливы в браке, бабушки и дедушки – тоже. Никаких разводов, никаких скандалов. Вот я и предположил, что ты знаешь секрет долгой семейной жизни.

Ханна вдруг поняла, о чем речь: в отличие от нее перед глазами Рейфа не было примера счастливой супружеской пары. Развод был таким же устойчивым признаком клана Мэдисонов, как зеленые глаза.

– Ясно… Чтобы утешить тебя, признаюсь, что я забраковала свой список, – сообщила она.

– Вот как? Почему?

Ханна поставила локти на стол и подперла ладонями подбородок.

– Сейчас ты услышишь то, что я никогда и никому не говорила. И если ты кому-нибудь проболтаешься, Рейф Мэдисон, я задушу тебя.

– Звучит заманчиво.

– Дело в том, что у Дуга был свой список, и я вскоре узнала, что не соответствую его требованиям.

Рейф заморгал, а потом расплылся в улыбке:

– У этого типа были свои представления об идеальной женщине?

– Вот именно. Ему хватило порядочности объяснить, чего мне недостает, и предложить исправить положение. Мне дали испытательный срок.

Рейф усмехнулся, не выдержал и разразился оглушительным хохотом.

Ханна смотрела на него, уверенная, что он вот-вот свалится со стула. Уинстон озадаченно уставился на Рейфа, навострив уши. Хохот Рейфа разносился по всей кухне.

Коротая время в ожидании, пока он отсмеется, Ханна налила себе еще чашку кофе и скормила Уинстону остатки французского тоста.

Наконец плечи Рейфа перестали вздрагивать. Он откинулся на спинку стула, прижимая ладони к животу, и ухмыльнулся.

– Прости. – Судя по тону, он ни о чем не жалел.

– Я рада, что ты развеселился.

– А как же! А теперь выкладывай, какие к тебе предъявили претензии.

– Почему это я должна отчитываться перед тобой?

– Потому, что я только что приготовил тебе завтрак.

Довод звучал убедительно.

– Видишь ли, я отвечала большинству требований. Я выросла в преуспевающей семье, получила хорошее образование, продемонстрировала инициативность и решительность, благодаря которым обзавелась своим бизнесом. У меня имелись связи. У нас с Дугам было много общих увлечений…

– Но?..

Она состроила гримаску.

– Но потом выяснилось, что Дуг строит далеко идущие планы, намереваясь выйти на политическую арену. Он хороший человек, он вправе рассчитывать на успех. Однако ему нужна жена, способная вращаться в высших кругах и выдерживать все, что связано с такой жизнью.

– Так вот в чем дело!

– Да. Чем отчетливее я понимала, что он всерьез увлечен политикой, тем чаще мне приходило в голову, что быть женой политика я не хочу.

Рейф потянулся за кофейником.

– Добро пожаловать в клуб избранных – тех, кто не идеален!

– Благодарю. А где значок почетного члена?

– Его не будет. Что же стало с твоим списком требований?

– Я внесла в него поправки, поколебавшись, призналась Ханна.

Рейф ответил ей странным взглядом.

– Ты хочешь сказать, что список по-прежнему существует?

– Да, но он стал гораздо короче.

– Что же в нем осталось?

– На самом деле я… – Ханна осеклась, услышав шум подъезжающего к дому автомобиля.

Уинстон бросился к двери и негромко гавкнул, предупреждая хозяйку о гостях, проявляя бдительность, но не тревогу. Часовой на своем посту.

Низкий рокот двигателя нарушил почти интимную атмосферу, возникшую в кухне за время беседы. Рейф повернулся к окну, Ханна последовала его примеру. Туман уже рассеивался, поэтому оба увидели, что к дому приближается зеленая «вольво».

– Кто это? – удивился Рейф.

– Машина мне не знакома.

– Хочешь, я спрячусь в шкаф?

– Не болтай ерунды. – Ханна поднялась. – Это наверняка кто-то из друзей моих родителей. Узнал, что я в городе, вот и заехал повидаться.

– Кто бы это ни был, мою машину он уже увидел. И узнал ее, – заметил Рейф.

– То, что ты пьешь кофе у меня в гостях, никого не касается.

– И не только пью кофе, – уточнил Рейф, а Ханна направилась в гостиную. – Но какая разница?

От необходимости отвечать Ханну избавило только то, что она уже приближалась к входной двери. По пути она наклонилась погладить Уинстона, застывшего в напряженном ожидании.

– Все в порядке, дружок. Грабители не разъезжают на «вольво».

Она открыла дверь и увидела, как из машины выходит привлекательный мужчина в темно-синей тенниске, серых брюках и мокасинах. Слева на рубашке виднелась эмблема известного модельера; брюки, видимо, сшили на заказ, как и мокасины с мягкими кисточками. Ханна почти не сомневалась в том, что гость стрижется в дорогом салоне, но не в Эклипс-Бей.