— Я никогда не была твоей хозяйкой. Потому и миловать не буду. Зачем мне такая дряхлая псина? Зачем мне подданный, что за кусок колбасы готов меня предать? Ты отправишься туда, где тебе и место. И будешь наказан за побег!

— Смилуйся, ягиня, смилуйся. — Молил пёс. — Я буду верным и преданным, только не изгоняй со своих земель.

— Вот как сразу заговорил. — Немного успокоившись, ответила девушка, ибо почувствовала искренность в словах пса. — Так и быть, смилуюсь, но едва накосячешь — сразу восвояси отправишься.

— Буду служить верой и правдой. — Поклялся пёс.

— Тогда ответь, куда пошла так, что притворяется мной?

— Не только скажу, но и по следу поведу. — Молвил пёс, проглатывая впопыхах последний кусок колбасы.

— Уж не сбежавшая ли девчонка тебе колбасы подкинула? — Поинтересовался на ходу у собаки Борис.

— Она самая. — Подтвердил пёс. — Угостила колбаской, да ещё первосортной. И попросила не лаять. Не будить ягу. А та как проснулась, так меня избила за то, что голос не подал, что я решил больше не служить ей. Зачем мне такая хозяйка?

— Правильно сделал. — Похвалил собаку Борис. — Тем более, что она не настоящая яга, лишь пытается копировать нашу Танечку.

— Мы след не потеряли? — Поинтересовался Влад.

— Нет. Как можно. — Ответил ему пёс. Мы прошли через калитку, которую девчонка маслом смазала, чтобы та не скрипела. А масло свежайшее, ароматно. Пахнет так, что слюнки текут. Девушка вся им пропахла, явно вымазала свою одежду, пока калитку смазывала. Так что я этот аромат за версту чую. К тому же посмотрите, на деревьях то тут, то там клочки ткани виднеются. Это обрывки её одежды.

— Умная девчонка попалась, метки на деревьях оставляет. — Констатировал факт Влад, не сбавляя хода.

— Так-то оно так, но ведь и нечисть эти метки видит, потому и на пятке ей наступает.

— Тише! Тише! Слышите? — Резко остановившись, спросил водяной и полной грудью втянул через нос воздух.

— Да чего ты замер как вкопанный, нам бежать нужно, иначе пропавшая погибнет. — Шикнул на водяного Борис.

— Тупой кот. Принюхайся. Свежестью веет. Водный дух вокруг витает, и я чувствую рядом реку. Чистую, первозданную.

— И что с того? Ты водяной тебе такое почувствовать под силу, а я вот ничего не чувствую. И вообще зачем всё это?

— А затем, что нет в этом районе никакой реки. Моё озеро последний водоём на пути к разрыву. Так откуда река вдруг нарисовалась?

— Сейчас догоним нечисть и спросим. Она рядом, я чувствую её. — Взволнованно сказала спутникам ягиня. — Быстрее нельзя терять время.

Погоня продолжилась, и вскоре преследователи выбежали на берег неизвестной реки, которая поражала соей широтой, глубиной и бурным потоком. Прямо перед ними по берегу туда — сюда бегала точная копия Татьяны, только одетая иначе. Незнакомка бегала и ругалась на чём свет стоит, кляня сбежавшую девчонку.

— Молчать! — Разозлившись не на шутку, громко крикнула Татьяна и незнакомка, что притворяется ею, замерла на месте, обернулась. На её лице отразилось изумление, но всего на миг, после чего лик озарило злорадство.

— А вот и ты. Отлично. Сама мне в руки пришла, какая хорошая девочка. Избавила меня от лишних хлопот. Так даже лучше. Сейчас и убью тебя, чтоб по праву занять твоё место. — Нагло улыбаясь, заявила незнакомка.

Таня во все глаза смотрела на себя, словно на своё отражение. Да не словно, а точное отражение. Копию, вышедшую из зазеркалья. Точно такую же, но отзеркаленную.

— Так вот значит, кто меня подставил, в тюрьму решил посадить, чтоб занять моё место. — Подумала она, но вслух ничего не сказала. А зачем что-то говорить, если и так всё ясно. Эта особа пришла убить её, чтобы жить её жизнью, а значит — церемониться нечего. Тут всё просто — остаться в живых должна только одна из них.

Таня медленно подняла руку, вспоминая все те боевые эфирные технологии, о которых читала в старых книгах. Пришло время испытать их на деле. Она поднимала руку, призывая природный эфир в своё тело и пока он проникал в неё — думала.

— Что же мне сделать? Как быть? Какой удар использовать. — Хаотично носились мысли в её голове. — Стоп. Стоп. Спокойно. Без паники. Вспоминай записи из книг. Спокойно взвесь происходящее. Она — потусторонняя нечисть, что может использовать только потусторонний эфир, ведь она не я. А значит у неё отличное противостояние потусторонним техникам, а значит, нежно использовать техники этого мира. Что я помню из них?

— Оковы правды. — Резко опустив руку в низ и освобождая тем самым часть собранного эфира, произнесла юная ягиня. — Оковы, что лишают движения всякую ложь. Оковы, что могут отделить правду от вымысла!