— Ваш император напал на нашу империю, а военным преступником объявляют нашего?! — недоуменно прошептала я. Это не укладывалось у меня в голове. — Он просто защищал свою империю и подданных. Он даже не перешел ваши границы! Это вы нарушили наш суверенитет!

Кирстан молчал. Мрачно, тяжело, хмуро. Смотрел на меня исподлобья и молчал.

— Это же неслыханный мир! — я в ужасе смотрела на атера. — Ужасный несправедливый мир! — горько прошептала я. — Мир, который миллионы невинных людей ставит в положение рабов! Вы пришли на нашу Землю, силой захватили ее, а людей за то, что они защищались, за то, что они не хотели умирать, отправляете на рудники и каменоломни?! Унизительные и жестокие условия для невинных людей! — потрясенно шептала я.

— Лори, успокойся, — взволнованно произнес атер Кирстан, успокаивающе дотрагиваясь до моей руки, но она была в гипсе, и я не почувствовала его прикосновения.

— Это несправедливо, — слезы потекли по моим щекам. — Вы не можете вот так взять и уничтожить целую империю! Разделить ее, лишить имени! Не можете невинных людей отправить на рудники! Вы просто звери! Убийцы! Садисты! — истерично зашептала я. — Звери! Звери! — я стала бесноваться и дергаться и постоянно повторять: «Звери! Садисты!!»

— Сестра Таисия! — испуганно закричал Кирстан, а в палату вбежала встревоженная сестра милосердия. — Лорианне плохо — нужно успокоить ее!

— Вы дали ей успокоительный отвар перед разговором? — взволнованно спросила сестра, быстро подходя ко мне.

— О,Пресветлая Богиня! Нет! Забыл! — обреченно простонал атер Кирстан.

— Ну что же вы, атер Стефанович! — недовольно упрекнула его сестра.

Я уже с трудом узнавала ее, что-то страшное опускалось на меня: черное, темное и тяжелое, давящее словно бетонная плита.

— Вы что рассказали ей, господин Стефанович?! — в ужасе спросила сестра Таисия. — Вы обо всем рассказали?!

— Я не хотел, но Лори так просила, а потом… я не ожидал… не думал… — растерянно и несчастно бормотал мужчина. — Она в последнее время была такая спокойная, и я решил, что она должна знать… что может быть это поможет…

— Что вы наделали! — в отчаянии заломила руки сестра ордена трилистника. — У нее припадок! Посмотрите! Это падучая!! Боже мой! Бегите за господином Йовичем, я сама не справлюсь! Пресветлая Богиня, помоги нам!

Судороги стали охватывать тело, меня затрясло, стало выкручивать, глаза вылезали из орбит. Не своим голосом я все ещё кричала: «Звери!»

И вдруг я увидела его! Узнала Его!

Я захлебнулась криком ужаса. Ведь все закончилось. Откуда он взялся?! Но он заходил в палату и жестко улыбался. Смотрел прямо на меня. Очень довольный. Как и всегда.

Холодное невзрачное лицо со слегка выпученными блеклыми рыбьими глазами, с ледяной тонкой улыбкой на узких губах смотрело прямо на меня. Крепкая, чуть полноватая фигура, с неестественно прямой спиной и толстой шеей, одетая в строгую серую военную форму солдата Марилии, двинулась навстречу ко мне.

Зверь и садист. Мой кошмар. Его руки…

Костяшки пальцев, были сбиты в кровь. Я вздрогнула от ужаса: в крови были не только костяшки, а все руки. До локтей. И на военной форме тоже была кровь.

Это был он — мой личный садист — капитан марилийской армии Эрнст Бейкалич. И на нем была моя кровь.

Жуткий животный ужас, отвращение охватили меня, и больше я уже ничего не слышала и не понимала.

То, что произошло потом, я не помнила. Через несколько дней о том, что случилось, мне рассказала сестра Таисия.

Меня стало жутко трясти, глаза стали словно стеклянными, я стала кричать не своим, а каким-то звериным чужим низким голосом. Выть, завывать, не останавливаясь:

— Не трогайте меня! Не надо! Не трогайте, капитан! Вы — зверь! Садист! Проклятый садист! — жалобно стонала я. — Отпустите меня… Нет!

Испуганный атер Кирстан Стефанович, белый как полотно, выбежал из палаты за главным целителем, а сестра Таисия, совершенно растерянная, пыталась как-то меня удержать, чтобы я не сорвала все перевязки и пластины.

Женщина рассказала, что у меня начались жуткие галлюцинации. Я кого-то видела, кто очень сильно меня пугал, и пыталась словно скукожиться, свернуться, что, естественно, не получалось, потому что руки и ноги были загипсованы, и тогда я в ужасе выла и билась, как ненормальная.

Это продолжалось довольно долго, пока не вернулся взволнованный атер Кирстан в компании бледного и испуганного господина Йовича. Сестра Таисия к тому времени находилась уже в полуобморочном состоянии от всего происходящего. Все это время она вместе с караульными пыталась удержать меня от губительных судорог.