– Да пошли вы ко всем чертям, – вздохнул Иннокентий, взял книгу, которая лежала на столе, украшенная и сверкающая камнями и никому не нужная, и потихоньку незаметно выбрался из избы.

***

Лея бежала, размазывая руками нахлынувшие слезы, мешавшие ей видеть дорогу. Она рыдала от того, что счастливо освободилась из лап двух убийц и от жалости к себе, попавшей в такую передрягу простой деревенской девушке, от страха того, что будет впереди, и от радости, что как только она доберется до королевы, то вот всем обидчикам своим покажет!

Путаясь в собственных слезах и дорожной пыли, она все-таки разглядела впереди отряд гвардейцев, разбивших лагерь недалеко от тракта, и ринулась к ним с радостными криками:

– Это я! Вы меня ищете! Это я! Я здесь!

Вояки встретили ее дружным смехом. Таких хорошеньких девчонок в отряде им было не положено иметь, и они очень и очень соскучились по девичьей розовой нежной коже, по девчачьей тонкой шее, по всем этим милым бугорками и извилинкам женского тела…

Мужские крепкие загорелые руки приветствовали ее, передавая от одного солдата к другому, крепко подхватывая за талию, под колени, и не давая упасть. Влажные красные молодые губы улыбались ей, красные языки отчего-то облизывались. И она, она тоже улыбалась им, застенчиво, втайне восхищенная и уже не втайне напуганная таким мужским вниманием.

Поначалу она чувствовала себя наконец-то защищенной после всех этих долгих дней, наполненных беготней и опасностями, наконец-то, казалось, все ее страхи закончились. Но мало-помалу женское чутье подсказало, что столько внимания не только нехорошо, но и опасно. Еще не понимая, почему, но Лея четко осознала необходимость бегства. Она дернулась, пытаясь вызволить правую руку, но тут же почувствовала, что локоть, как тисками, сжали чьи-то шершавые грубые пальцы.

– Пустите, пожалуйста, меня ждет королева, – плаксиво пискнула она.

Но в ответ на просьбу, она услышала только дружный и какой-то, как ей показалось, злобный смех. Она дернула другую руку и уже сильнее. Однако, гвардейцы держали ее так крепко, что вскоре она не могла пошевелить даже пальцами на ноге. Лея чувствовала, что ее куда-то несут. Девушка смотрела наверх, в голубое яркое веселое небо с игравшими на нем в догонялки белыми воздушными облачками, на зеленые верхушки деревьев, на молодые ветки, приветственно машущие друг другу… «Если есть там, наверху, хоть кто-то, если все это здесь, что я вижу, думает и чувствует, как я, если все это не бессмысленная глупая кукла, спасите, спасите меня!»

– А что, ребятушки, не слыхали вы, что первым старшой должен каши-то отведать? – прозвучал рядом веселый хриплый голос.

Остальные звуки на мгновение затихли. И после небольшой паузы тот же хор, который совсем недавно хохотал и подшучивал над девушкой, дружно, будто бы это был единый организм, выпалил:

– Так точно, сержант!

Лея почувствовала, как те же самые руки, которые недавно сжимали все мягкие места, повернули тело вертикально и отпустили.

Она открыла глаза и увидела перед собой не очень чистые походные военные ботинки. Проследовав взглядом дальше – белые не очень аккуратные гвардейские лосины, запачканные в некоторые местах кровью. «Ах, он герой!» – подумала Лея и прижала руки к груди, к самому своему сердцу, заранее прощая все грехи своему спасителю, и бесконечно влюбленная в него уже сейчас и навечно. Девушка не осмелилась посмотреть на лицо этого великого человека.

– Ах ты, вот же судьба, дочка… – хрипло рассмеялся ее избавитель. – Ну дела-а…

Острая ледяная игла прошла через все тело Леи, пригвоздив ее, как безжизненную тряпичную куклу, к страшной догадке. И в то же время, что-то новое возникло в ее сознании, чего раньше она никогда не испытывала. Ясная и спокойная уверенность в своих силах, в том, что все будет хорошо посетила девушку.

– В общем-то, уже привычная ситуация, не так ли? – холодно ответила она. – Я бегу, ты догоняешь…

Стоявший перед ней спаситель ухватил маленький подбородок девушки двумя пальцами, резко дернув вверх ее голову, нагнулся, чтобы заглянуть прямо в глаза:

– Ну так, беги… – зловеще процедил он сквозь зубы.

– Теперь беги ты…

Казимир привычно осклабился…

– Ваш сержант убит или ранен, лежит в ближайшей корчме, – уверенно объявила Лея остальным служивым. – Это – самозванец!

– Совсем, дочка, видать? Слушай мою команду: разойтись!

Однако никто и не подумал расходиться. Гвардейцы застыли в недоумении. Поверить девчонке и связать сержанта – значит не подчиниться воле начальника, это называлось бунт. Но если начальник и правда самозванец?

Первым нашелся Казимир:

– Она – ведьма!

Солдаты отпрянули от девушки тотчас же.

– Не верите? Пошлите двоих проверить в корчму по этой же дороге. Там есть подвал. А мы пока подождем, – весело и зло проговорила Лея.

Страх пока еще владел разумом собравшихся, легче было довериться старому сержанту, пусть и не настоящему, чем той, которую он назвал ведьмой.

Лея поняла, что проигрывает.

– Ну-ка, а скажите мне, – выкрикнула она. – Зачем ваш отряд отправлен от дворца в эти леса?