Шрифт:
— Привет… Ты что делаешь?
— Хм… — улыбнулся своей редкой фирменной улыбкой. — Хочу с тобой позаниматься. Давно об этом думал.
— А, о… — почувствовала себя идиоткой, у которой мысли не в ту степь убежали. — Здорово!
— Покажешь, чему тебя на курсах самообороны учили?
И я показывала. А Игнат внимательно смотрел, кивал, иногда исправлял, ставил правильно руки или ноги, объяснял недочеты и ошибки. Демонстрировал новые упражнения, сопровождая всё подробными объяснениями. Без повышения голоса или недовольства даже в те моменты, когда у меня совсем не получалось.
Это было настолько здорово, интересно и лично для меня необходимо и ценно, что во время перерыва подошла к мужчине и, встав на носочки, его чмокнула.
Правда, только в подбородок. Но уж куда дотянулась.
Моя инициатива Майскому понравилась, и поцелуй-благодарность стремительно перерос в жаркие объятия и поцелуи-страсть, поцелуи-безумие и поцелуи-жажду.
— Стоп. Стоп. Стоп. — с трудом прервала очередное моё соблазнение и погрозила пальцем хитрецу. — Мы еще недозанимались.
— Разве? — вздернул брови, разыгрывая удивление.
— Да. Да. Да.
— Жестокая! — выдохнул звучно и резко рванул в мою сторону.
Отскочила в последний момент.
Понятно, что Игнат нападал медленнее, чем мог бы, позволяя сориентироваться и сгруппироваться для защиты. И берёг при захватах и бросках. Но вымотал всё равно от души. А под конец повалил на мат и стал безбожно щекотать, доводя до смеха и мольбы о пощаде.
Как веселая возня переросла в настоятельную потребность заняться сексом, история умалчивает. Хотя… с каждым днём Майский всё больше приучал меня к себе, своему телу, своим рукам и постоянному тактильному контакту. А еще к тому, что он ВСЕГДА меня хочет и добивается своего.
Вот уж где вся доминантность этого мужчины раскрывалась на сто процентов. Моя интимная жизнь стала такой насыщенной и постоянной, что начало месячных я ждала с надеждой и тревогой.
Выписанные врачом противозачаточные требовалось принимать с первого дня менструации. А до этого момента мы использовали презервативы. Практически всегда. Исключением стали первый день и вот этот, когда ненасытный сексуальный мужчина соблазнил меня потную и лохматую прямо во время тренировки.
Сегодня Майский снова встаёт ни свет, ни заря.
Ну как встаёт? Просыпается и с удовольствием берётся за своё любимое занятие — моё соблазнение.
Уверена, для него утренний секс, как черный кофе — крайне важен, жизненно необходим и обожаем.
— Игна-а-ат, ну суббота же, дай подремать, — фырчу ему в подмышку.
Как оказалась распластанной на груди этого великана, совершенно не помню. С момента наших совместных ночевок меня ни разу не посещали кошмары, оттого сплю, как убитая.
И кайфую.
— Отдыхай, маленькая. — подтягивает повыше, даря поцелуй и тем самым прерывая поток возмущения.
Да какое там «Отдыхай»? Если я его каждой клеточкой ощущаю. Горячего, упругого и возбужденного.
У него фишка — спать голым, вот и меня к этому подвёл. Никаких футболок и шорт. Они ему, видите ли, мешают. И раздражают.
— Неудобно, — капризничаю, не открывая глаза и стараясь сползти.
— А так? — переворачивает набок, обнимая сзади и поглаживая живот ладонью.
— Хорошо. — расслабляюсь, снова уплывая в царство Морфея.
Но кто бы позволил?
Нежные поглаживая, постепенно становятся увереннее и наглее. Возбуждение накатывает волнами. Хочу развернуться, чтобы видеть мужчину, которого желаю уже сама. Но мне не позволяют.
Майский держит крепко и надежно, продолжая играть с грудью. Не выдерживаю и со стоном виляю попой, требуя большего.
— Подожди, Ёжик, — Игнат отвлекается на пару секунд, надевая презерватив.
Мгновение.
Толчок.
Пауза на привыкание.
И отрыв.
Он главенствует и ведет, я расслабляюсь и просто чувствую.
Секс — это удовольствие, если происходит с правильным мужчиной.
Глава 16
— Привет, Катя! — здороваюсь с девушкой, заходя на кухню.
Игнат — вредина, не дал покемарить, точнее сбил весь сон своими поползновениями в сторону моего тела. И пусть удовольствие получили оба, прекращать ворчание не собиралась.
На носу суббота, по остатку только воскресенье. А в понедельник: «Здравствуй, милая работа!» Нет, она, конечно, любимая и обожаемая, но…
Но подрываться в восемь утра в законный день отдыха — это же пытка!
Ничего, я девочка сообразительная. Отыграюсь.