Когда четверо всадников въехали в ворота, их не окликнул часовой. Двор крепости, где раньше звучал звон копыт боевых коней и крики возвратившихся с границы патрульных отрядов, теперь был полон тишины и призрачного блеска заклятий. Когда Джарик вслед за Анскиере пересек границу этих заклятий, он услышал тихий щелчок. Потом невидимую границу прошла Таэн, а за ней и Кил марк, звеневший кольчугой и оружием.

Сын Ивейна миновал арку и резко остановился.

— Не здесь. — Таэн поборола искушение говорить шепотом. — Маэлгрим дальше, в графских палатах.

Но Повелитель огня не ответил. Окинув взором замок, где он родился, Джарик посмотрел на кольца, к которым привязывали лошадей. С одного из колец свисала ржавая цепь, напоминая о недавно прикованном здесь человеке. Подул ветер, и среди разлетевшихся по двору обугленных обрывков Таэн увидела клочки пергамента, явно оставшиеся от сожженных книг.

Имя архивариуса Морбрита застыло на губах Джарика, и, хотя он так и не произнес его вслух, Таэн почувствовала глубину его горя. В пепле костра не осталось костей, но Повелитель огня все же увидел наглядное свидетельство того, что его учитель умер в муках из-за жестокости слуги демонов — Маэлгрима.

— Кор!

Ярость, с которой внезапно выругался Джарик, заставила Анскиере помедлить на ступенях, вопросительно оглянувшись на юношу.

— Джарик?

Сына Ивейна вдруг охватило мерцание, и на мгновение показалось: кипевший в нем гнев вот-вот вспыхнет ярким огнем. Таэн испуганно вздрогнула, но Килмарк резко шагнул вперед и положил Джарику руку на плечо.

— Я сам выпущу кишки мерзавцу, который сделал это.

С ледяным лицом повелитель Скалистой Гавани смотрел на цепи и клочки полусгоревшего пергамента, как будто хотел запомнить их навсегда. Потом, легонько подтолкнув Джарика, заставил его зашагать вслед за Стражем штормов.

Таэн вспомнила, с каким почтением король пиратов относился к книгам; в Скалистой Гавани архивариус был единственным здоровым мужчиной, не обязанным носить оружие.

Вскоре они вошли в замок. Таэн, чьи чувства были предельно обострены, представила себе, каким этот замок был до того, как его захватили демоны. Хотя Морбрит считался провинцией, его правители всегда были просвещенными людьми, покровителями искусств. В нишах над дверями некогда красовались фарфоровые статуэтки; еще не так давно кавалеры в нарядных камзолах и дамы в шелках и драгоценностях смеялись и слушали музыку в залах, пол которых теперь покрывал помет летучих мышей. Теперь прошлое казалось лишь сном.

Анскиере при виде опустошенного Морбрита вспоминал о своем разоренном королевстве Эльринфаэр, а Джарик, забыв о собственном горе, тревожился теперь за Таэн: ведь враг, поджидавший их в Морбрите, был ее родным братом.

Страж штормов вслед за сновидицей вошел в сводчатый холл с четырьмя распахнутыми дверьми, затянутыми паутиной. Таэн без колебаний выбрала левую дверь и оказалась в небольшой комнате, заваленной сломанной мебелью. Сырой пол холодил ступни даже сквозь подошвы башмаков; сновидица, вздрогнув, переступила через кошачий скелет и двинулась дальше, едва сознавая, что бок о бок с ней шагает Джарик.

— Если мы свернем влево, то окажемся в графских палатах. — Эхо повторило слова Повелителя огня. — Слуги говорили, там есть немало укромных уголков.

Таэн рассеянно кивнула, ощущая, как на ее виски давит некая чуждая сила.

Внезапно она поняла, где находится тот, кого они ищут. Спальня и личные комнаты графа были пусты, в них никто не прятался. Темный сновидец Маэл-грим был сейчас в большом зале.

Таэн молча указала вперед, на закрытые двери. Не в силах двинуться или заговорить, она смотрела, как Анскиере берется за дверную ручку в виде львиной головы, как бесшумно распахивает тяжелую створку.

Створка ударилась о стену, и с шахматной доски на столе упала и покатилась по навощенному паркету фигурка, исчезнув под штабелем перевернутых скамеек. На подставке у входа стояла птичья клетка, в которой лежал комок пыльных перьев. Таэн моргнула и резко вздрогнула, когда Джарик обнял ее.

В конце огромного пустого зала они увидели возвышение, на котором стоял графский трон. Еще не успев разглядеть лицо полулежавшего на троне человека, Таэн уже знала, что перед ней — чудовище, некогда звавшееся Эмиеном, сыном Марла.

Килмарк пересек порог бесшумной поступью хищного зверя, вытащив меч из ножен. За Корли, за мертвого писца из Морбрита и за шесть погибших экипажей он готов был убить Маэлгрима на месте. Анскиере, шагавший рядом с королем пиратов, был куда хладнокровнее и сохранял королевскую выдержку, но его посох окутался холодным сияющим ореолом, а взгляд был таким острым, что мог поспорить со взглядом повелителя Скалистой Гавани.

Темный сновидец по-прежнему неподвижно сидел на троне, как будто ему и не грозила обнаженная сталь и колдовство.