— Вы ведь и сами в это не верите, — заметил Паттерсон.

— Нет. Просто перебираю версии.

— Похоже, вы немного волнуетесь, — сказал лейтенант.

— Может быть, — признал Броньола. — Немного.

Паттерсон нажал кнопку внутренней связи и бросил:

— Мне нужно знать, на чье имя записан этот «кадиллак». — После чего повернулся к Броньоле и напомнил: — Вы собирались мне что-то рассказать.

— Боюсь, совсем немного, — ответил федерал, все еще держа в руках полицейское донесение. — Вам придется поверить мне на слово. О генерале Луне я больше ничего не могу добавить. О том, что здесь находятся мои люди, вы уже знаете. Появление Болана — простое совпадение. Мои начальники хотят взять Болана не меньше вашего. Но это не должно помешать нашей работе с Лунем.

— Лунь, шмунь — плевать я на него хотел, — проворчал лейтенант. — У полиции своя работа. И если я узнаю, что ваши люди помогают преступнику, который оставил кучу трупов только в одном этом округе, им несдобровать.

— Почему вы так считаете? — подчеркнуто мягко спросил Броньола.

— Слушайте, Гарольд, черт возьми, Гонолулу — это вам не Африка. Не забывайте, Гавайи — такой же штат, как и любой другой. Мы читаем те же газеты и те же журналы. Вся страна ломает себе голову: а не работает ли Мак Болан по тайному заданию правительства? Если этот тип действительно действует с вашего ведома, мистер Броньола, и если на острове действительно есть ваши люди — а, судя по событиям в долине Калихи, он был там не один, — тогда пораскиньте мозгами: в самом деле, почему мне в голову лезут разные мысли?

— Да вы просто нахал, — сказал Броньола, нахмурясь.

— Стараюсь, сэр.

Броньола вздохнул и попросил:

— Дайте мне телефон.

Он достал из бумажника карточку и набрал номер. Потом, не сводя глаз с лейтенанта, сказал в трубку:

— Говорит Правосудие-два. СНБ, срочно. Соедините меня с дежурным офицером.

Паттерсон беспокойно закурил.

— Дежурный? Ваш личный номер, пожалуйста.

По-прежнему глядя на лейтенанта, Броньола записал номер на листке бумаги.

— Спасибо. Говорит Правосудие-два. Запишите код СНБ: один-шесть-дельта-альфа-три. Дело Правосудие-тринадцать-четыре-двадцать один, шифр зет-зет-семь-ноль. Проверьте.

Не выдержав пристального взгляда, Паттерсон отвел глаза и пробормотал:

— Лихо, ничего не скажешь.

Броньола мрачно подмигнул и снова заговорил в трубку:

— Отлично. Развертывание по линии-один: отряд военной полиции, два вертолетных отряда — десятиминутная готовность. Оставайтесь на связи.

Броньола прикрыл трубку ладонью и спросил у Паттерсона:

— Хотите что-нибудь добавить?

Полицейский ухмыльнулся и опустил глаза. Броньола продолжал:

— Капитан? Да. Линия-два: готовность по тревоге — тактический авиаотряд, отряд поддержки морского десанта, пехотная рота воздушного десанта. Линия-три: начать электронный перехват всех гражданских радиоканалов, о положительных результатах сообщать немедленно. Линия-четыре: отбой. Линия-пять: отбой. Это все. Повторите.

Броньола внимательно прослушал подтверждение приказа, назвал свой номер телефона и добавил:

— Если меня не будет, связывайтесь через лейтенанта Грега Паттерсона, командира оперативного отряда полиции Гонолулу. Да. Спасибо, капитан.

Броньола повесил трубку и снова посмотрел на лейтенанта.

— Вот так-то, Паттерсон. Можете радоваться. Знаете, что означает этот приказ? Физическое уничтожение. Как вы думаете, чье имя написано на папке? Болан, Мак Самуэл, старший сержант... и лучший человек из всех, кого я знаю.

— Извините, — прошептал Паттерсон. После неловкого молчания лейтенант осторожно уточнил: — СНБ... Совет национальной безопасности?

— Да.

— Это не шутка?

— А китайский генерал в вашем округе — это что, шутка?

Паттерсон вздохнул.

— Значит... Но почему вы? Почему не ЦРУ, или ФБР, или еще какая-нибудь контора?

— Это длинная и неприятная история, — откликнулся Броньола. — Когда-нибудь я вам расскажу — напомните мне об этом лет через пятнадцать.

— Похоже, у вас там в Вашингтоне серьезные проблемы?

— Серьезнее, чем вы можете себе представить... У вас не найдется выпить, лейтенант?

Паттерсон усмехнулся и открыл ящик стола.

— Самое лучшее, что может предложить авиакомпания «Пан-Ам». Чего изволите?

— Все равно.

Лейтенант протянул гостю бутылочку виски, а себе выбрал водку.

— Значит, мы теперь собутыльники. — Паттерсон одним глотком осушил свою бутылочку, даже не поморщившись. — Когда вы спускаете собак на Болана?

— Как только вы скажете мне, где он находится. — Броньола выпил виски, скривился и печально добавил: — Чувствую себя, как на похоронах.

— Вам ведь нравится этот парень, верно?

— Да.

— Я понял еще в Калихи. Это было заметно.

— А когда я говорил по телефону?

— О, звучало вполне официально.

— Только внутри у меня все обрывалось, — мрачно признался Броньола. — И сейчас тоже. Да, он мне нравится. Очень нравится.

Снова вошел полицейский с очередным донесением в руках.

— По правде, и мне тоже, — тихо произнес лейтенант, откладывая в сторону рапорт. — Тот «кадиллак» зарегистрирован на имя Лу Топачетти.