Он тут же подскочил с места, и вдвоем они развернулись, словно по команде, и направились на выход. Надеюсь, Ангелина со своей стороны тоже объяснит Нику, что его поступки, если и носили шуточный характер, то для окружающих были несмешными.

Эльвира с громким звуком положила приборы в пустую тарелку, тем самым привлекая мое внимание. Впилась мне в лицо вопросительным взглядом. Куда бы комфортнее я ощущал себя в эту минуту в своем офисе. В полном одиночестве.

– Значит, новая знакомая? Ника? – она хмыкнула. – Андрей, он ведь вообще не терпит женщин рядом с тобой! Что за сказки?

– Как по мне, то все очевидно, – я откликнулся на спинку стула и, сузив глаза, наблюдал за девушкой.

– Мне давно очевидно, что интересы сына для тебя важнее, – она грустно вздохнула и опустила взгляд. – Я понимаю, что без Алины тяжело, но ведь я старалась с Ником наладить отношения, – голос ее сделался мягче и тише. – Он совсем не идет со мной на контакт. Он лишь сталкивает нас с тобой лбами...

– Да, я о том же, Эльвира. Я устал. И это нормально, что интересы сына для меня в приоритете, поэтому Ангелина здесь. На днях Ник сбежал из садика, а она помогла ему, когда он едва не попал под колеса машины.

– И поэтому ты предложил ей работу у себя в офисе? Проходимке с улице?

Виталину Сергеевну придется наказать рублем, чтобы держала язык за зубами. Стоит какой-нибудь информации появиться в офисе, как та оказывалась на блюдце с золотой каймой под носом у Эльвиры. Я давно заметил, что они спелись.

– Ангелина – хороший экономист. Я предлагал ей работу няни, но она отказалась. И считаю, это правильно. Люди должны заниматься тем, что умеют.

– Удивительно! Какой шанс потеряла… – Эльвира сжала губы в тонкую линию, смотря на меня сердитым взглядом. – Сколько гувернанток ты уже сменил за этот год?

– Попридержи тон, а также домыслы, которые не имеют под собой твердых оснований раскидываться подобными заявлениями. Мне не нравится, когда ты свысока смотришь на тех, кто живет в условиях, отличающихся от средних, и вешаешь на них ярлыки.

Уж что-что, а Ангелина не создавала впечатление красотки с низкими моральными принципами. Да, симпатичная девушка с яркой внешностью и складной фигуркой, но тем не менее с самооценкой у нее все было в порядке, и она не делила все сугубо на черное и белое, как Эльвира.

– То есть твои слова о том, что нам придется взять паузу в отношениях, не беспочвенны? Ты серьезно намерен потакать сыну в таких вопросах? А что потом? Что за эгоистические замашки? Почему у тебя не может быть личной жизни?

Мне не хотелось потакать Нику, но я действительно устал от этого прессинга со всех сторон. Собственный ребенок был куда важнее капризов любовницы, с которой удобно выйти в свет и приятно провести время в постели. Никаких глубоких чувств с моей стороны не было, а тем более привязанности. Так почему, спрашивается, я должен рушить отношения с сыном? Ради чего? Ради красивой картинки?

– Давай, проведем этот выходной без выяснения отношений? Я уже все сказал на этот счет и решения своего не переменю. Пока – пауза. Я планировал погулять с Ником у воды и остаться ночевать на даче. Если не желаешь, то я никого силой не держу.

– Она тоже останется?

– Я не могу что-либо решать за чужого человека, но уверен, что она не захочет этого, – посмотрел на Эльвиру тяжелым взглядом и поднялся на ноги.

– Хорошо, – выдохнула она. – Да, ты прав. Это все временные трудности. Мы справимся. И раз уж я здесь, то с удовольствием проведу с вами время и прогуляюсь к реке. А вечером можем развести огонь на террасе и посидеть с бутылкой вина? Ник будет занят со своей знакомой, а мы спокойно поговорим обо всем еще раз?

Эльвира наконец-то взяла себя в руки и отключила эмоции. Только разговора никакого у нас не будет. Все, что хотел, я уже сказал. Продолжение наших отношений – под большим вопросом. Навряд ли Эльвиру устроит быть время от времени просто любовницей. Она ждала, что я сделаю ей предложение и дам свою фамилию, а я огорошил тем, что мне нужна пауза.

– Идемте к реке, – я нашел Ангелину и Ника на заднем дворе.

Они сидели на траве и о чем-то увлеченно говорили. Хотел бы я послушать, как сын объяснялся с Ангелиной, и что она ему сказала. Бесспорно, он использовал девушку в своих целях, чтобы позлить Эльвиру, но тем не менее, Ангелина была единственной, кого он подпустил к себе и не воспринимал в штыки, а та, в свою очередь, одна из немногих, кто не смотрела на меня глазами, полными восхищения, и, кажется, ее совершенно не волновал мой достаток. Ну или она делала видимость, что не волновал. Я примерно понимал, в чем заключалась симпатия Ника к Ангелине: девушка обладала стержнем, терпением и гибким умом; говорила ему все прямо в лицо, не заискивала перед ним, и могла осадить по делу.

Эльвира остановилась рядом и взяла меня за руку, прижимаясь всем телом, ластилась как кошка, словно заявляя перед Ангелиной на меня свои права. Я ухмыльнулся и, развернувшись, направился к воротам, оставив без внимания эту ласку.

– Ты уверена, что тебе будет удобно? – я кивнул на ноги Эльвиры, облаченные в дизайнерские босоножки, когда мы вышли на узкую тропинку, что вела к реке.

– Вполне, – радостно отозвалась она. – Ты же, если что, меня поймаешь? – она продолжила строить из себя кокетку, и я отчетливо понимал, ради кого она устраивала этот спектакль и так старалась.