Пробегая мимо приметной елки, я обнаружил, что кошко-девочка лежит, распластавшись на земле. Что за дела? Я напомнил себе, что спешу, что сам же решил держаться от странной незнакомки подальше, что это может быть ловушка, а ноги сами несли меня к неподвижному телу. Я успел даже разглядеть несколько узких ран, зияющих на ее темной шкурке, как вдруг труп исчез.

Ну ясно. Две минуты прошло. Вот и чудесно, пора бежать дальше, вон уже приличной высоты скала виднеется.

Когда я карабкался на вершину, одна мысль не давала мне покоя. А не та ли это вампирша, которая ушла на перерождение, оставив Владу лишь свое, ставшее неубиваемым тело?

Судя по всему, именно та. И похоже она вполне себе убиваемая. Более того, многие из неудавшихся убийц в свите маньяка не отказались от своих замыслов, а лишь поджидали своего часа. И у меня плохое предчувствие, что вампира я увижу у себя в аду гораздо раньше, чем мне бы хотелось, и пожалею об этом.

Да чего там, я уже жалел.

Хотя бы с перерождением все срослось, как надо, и я наконец-то очутился в своей каюте на дирижабле. Осторожно выглянув в коридор, я первым делом услышал доносящиеся из кают-компании голоса.

— Ну ты же знаешь эту историю про то, как хорошая девочка влюбилась в хорошего мальчика? — так, так, так, а Лика похоже уже в зюзю. — Так что относись к ситуации, как спасению пространственно-временного континуума!

Концовка фразы далась Лике особенно тяжело — с третьей попытки. Не слабо подруга на грудь приняла.

— Пф, где я, а где хорошая девочка! — голос Наты звучал еще бессвязней.

Ясно. Обе набрались. Что не удивительно при таком количестве легкодоступной выпивки в баре. Наверняка ведь еще и бесплатной. И тут такой я. Может свалить по-тихому в каюту и завалиться дрыхнуть?

— Не знаю, не знаю, раз с подонком связалась, значит не все так однозначно, — ехидно протянула Лика. — Бармен! Повтори!

— Давай за нас красивых, — грустно вздохнула Ната.

— За них неверных, — фыркнула Лика и раздался звон бокалов.

— В каком это смысле? — возмутилась Ната. — У тебя с ним что-то было?

— Все-таки ты конкретно втюрилась! Это просто тост такой, сама знаешь. Да и я кремень, ты же знаешь! А вот за тех, с кем эта мелкая зараза сейчас шляется, я бы не поручилась. В сети про Гремучие Ущелья, кстати, ни звука. Будто и нету их.

В ответ раздался отчаянный всхлип. Мое сердце сжалось, и я уже было собрался броситься в кают-компанию, но Лика принялась успокаивать Нату, и я решил, что у нее это получится лучше.

— Ты же знаешь Била. Он наверняка снова влез в какую-то жопу мира, а там с ледями обычно напряженка.

— А почему тогда на форуме тишина?

— Да, на мелкого не похоже.

— Придушу гада, — пробурчала Ната. — Бармен!

Блин, что за дела? Меня эльфийками соблазняли, но не поддался я, а они. Не доверяют, кости перемывают. Все, пора выходить. Еще, чего доброго, вырубятся раньше, чем я решусь показаться. И вообще, лучшая защита - это нападение.

— Привет, девчонки! Все травитесь? — я как можно беззаботнее плюхнулся на стул поближе к Нате.

Девушка напряженно уставилась на меня, то ли не веря, что это действительно я, то ли пытаясь сфокусировать взгляд. Неслабо они накидались. Может и мне жахнуть? Чтобы влиться, так сказать, в коллектив. Пока обе не опомнились и не начали меня пинать ногами.

— Ты где был, сволочь бессовестная? — первой обрела голос Лика.

— Да тут, недалеко, в Гремучих Ущельях. Я же вам про маньяка рассказывал. Прикиньте, у него в свите сплошные полуголые девахи.

Лика припечатала правую ладонь себе в лицо и уронила голову. Неужели сама себя вырубила? А, нет, ее плечи судорожно затряслись то ли от рыданий, то ли от хохота. Когда она убрала руку, я понял, что и от того, и от другого.

— Бил, ты неподражаем.

— Между прочим парочка эльфиек, темная и светлая, от меня вообще не отлипали. Одна даже штаны разок с меня стянула, — не сбавлял я обороты.

— Может через балкон его выбросим, чтобы остыл? — по-деловому предложила Лика, потирая ладони.

— Не убьется, — вздохнула Ната, но было заметно, что она заметно повеселела, более того, похоже она еще и протрезвела. — Придется ждать пока заледенеет.

— Значит, по якорному канату заберется.

— А если не захочет?

— О! Идея! Можно его веревкой обвязать и каждый раз обратно затаскивать!

По-моему, они обе абилки на сопротивление по максимуму выкрутили. И теперь чем трезвее становятся, тем злее. Или все-таки они так шутят? Пойди пойми этих девчонок.

— Что значит не убьюсь? — решил я прояснить самый стремный момент.