Зенек протрезвел в единый миг. Аж с лица схлынул.

– Ж-жом?

– Нет, твоя душа мне не нужна.

Митя откровенно развлекался. Ходит в Борхуме страшилка о том, кто ищет во Тьме. Говорят, ходит такое существо, принимает облик человека и предлагает исполнить твое желание. Самое заветное.

А взамен, понятно, душу…

Ну-ну.

– Тогда – что?

Митя ухмыльнулся вовсе уж ехидно.

– Говоришь, послал тебя управляющий?

Руки Зенека непроизвольно сжались в кулаки, дальше можно было не отвечать.

– Вот… мое предложение. Ты получаешь деньги на руки. Выходной у тебя есть?

– Да, жом…

– И отлично. Съездить не успеешь, но семью твою я перевезу. Получишь от них весточку, как они устроятся и мальца лечить начнут. Тогда и отслужишь.

– Чем, жом?

– Да ничем особенным. Пронесешь на завод маленький такой сверточек, и можешь быть свободен.

Дураком Зенек отродясь не был. И соображал быстро, иначе б не стал мастером на своем участке.

– Жом… вы…

– Я. Из Русины. Пояснения нужны?

Нет.

Уж два и два-то жом Зенек сложить мог. А то и один с одним…

И прищурился.

– На кой мне тогда деньги, ежели моя семья осиротеет?

Митя посмотрел с веселым изумлением. А ведь неглуп, работяга! Вот Падла… как там его фамилия была? Нет, уже не вспомнить, хоть и посылал Митя семье деньги, как обещал.

Так вот, Падла поверил, что ему и денег дадут, и в живых оставят.

А этот не верит. Умный…

– А ты понимаешь, что я тебя и сейчас могу порешить?

– Можете, – встретил его взгляд Зенек. – Поэтому я соглашусь, но только когда с моей семьей все в порядке будет. Устроите их, документы новые дадите, да и денег. Три тысячи.

Митя только фыркнул.

– За такие деньги я и кого подешевле найду.

– Найдите.

– Две тысячи. Но если это от меня будет зависеть – ты к своей семье вернешься. Вы в Борхуме ведь не останетесь?

– Нет. Нам бы в герцогства, там лечат, говорят. Морское, которое Авилль, там лечебницы хорошие, курорты…

– Так давай сразу туда твоих родных отправим. А ты при взрыве погибнешь.

– Ясно…

– А в Авилле начнет новую жизнь, к примеру, Зенек Сафальский. Документы я тебе достану, если тщательно проверять не будут, то и проскочит.

Зенек думал недолго.

– Две с половиной тысячи золотом.

– Две. Если погибнешь, тогда три. Но если в семью вернешься – то и двух с тебя довольно.

Примерно два часа ушло на торг, обсуждение, прикидки…

А еще через неделю Дмитрий записал себе на счет очередную победу.

На пороховом заводе прогремел взрыв, который буквально снес его с лица земли. Оставшиеся развалины проще было зачистить и построить завод где-то в другом месте, чем ремонтировать старый.

А то, что Митя подгадал заряд так, чтобы дело было ночью… все же он сейчас диверсант, а не простой террорист.

То, что погибло всего десятка два человек, а не несколько сотен…

И то, что среди погибших был и жом Зенек…

Да, бывает и такое.

А жом Вешелес, который начнет свою жизнь в Авилле, никогда не будет работать на пороховых заводах. Найдет, чем заняться. Может, домик купит, хозяйство заведет, может, рыбалкой займется… ему сейчас главное сына вылечить. А дальше видно будет.

Свое слово Митя старался держать. Иногда даже в ущерб себе.

Хотя не плевать ли ему на тот Борхум? Будут его еще в одной стране ловить?

Да на здоровье! Хорошая репутация – повод немножечко поднять гонорар. Это на Валежного он, считай, даром работает. А если кто другой…

Митя искренне считал себя высококлассным специалистом. А стало быть и высокооплачиваемым.

Анна, Россия.

– Куда мы идем?

– В церковь, Кира.

– А на… – Кира покосилась на Анну, вздохнула, и мужественно закончила фразу не так, как собиралась. – какого карпа чешуя?

Борис Викторович погрозил дочери пальцем.

– Я тебе повыражаюсь!

– Папс, ты объясни, на чешуя мне это надо?!

Борис Викторович вздохнул.

– Лиза просила сходить с ней на службу.

– Там будут для "Космо" снимать? Или чего?

– Цыц! – Борис Викторович треснул кулаком по столу. – Изволь не ерничать по этому поводу! Мала еще!

– Паспорт имею, детей иметь могу! Ань, че за фигня? Какого я должна вставать с утра и переться за тридевять земель, да еще одетой, как чмо?! Чего я там забыла?