Вайолет всегда говорила мне, что я хорошо разбираюсь в людях. Так вот, то, что я увидел под гладью серых глаз Ронана Венца, меня опечалило. Боль. Опасность. Жестокость. Мир к нему тоже был безжалостен. В нем что-то сломали. Я мог бы стать его другом и позволить ему сражаться за меня, если ему это нужно.

– Хорошо, – произнес я в тишине, хотя сомневался, что он ждал моего согласия.

Но Ронана, казалось, ответ удовлетворил, и он снова уставился на воду.

Я закинул рюкзак на плечо.

– Мне пора на работу. Оставайся, сколько захочешь, – добавил я, но в этом не было необходимости. Теперь это место принадлежало и Ронану.

Пятничным утром я надела в школу легинсы с цветочным принтом, длинную белую блузку и выскользнула из опустевшего дома. Родители ушли на работу пораньше – папа в огромную технологическую корпорацию «ИноДин», а мама работала в муниципалитете менеджером по связям с общественностью. Они оба проводили там как можно больше времени, то ли избегая друг друга, то ли из-за нашего финансового положения.

Или по обеим причинам.

В школе на центральном дворе стоял стол. На нем красовалась бумажная скатерть с надписью «ГОЛОСУЕМ ЗА СВИТУ ОСЕННЕГО БАЛА!», раскрашенной золотой и голубой краской. По бокам к утяжелителям были привязаны воздушные шарики той же расцветки.

Я направилась к своему шкафчику, и меня окружили Эвелин, Кейтлин Уоллс и Джулия Ховард.

– О-о-о, – протянула я со смехом. – У меня неприятности? Сегодня тот день, когда мы должны были надеть все розовое? [6]

Кейтлин и Джулия рассмеялись, а Эвелин закатила глаза.

– Клянусь, ты вызубрила весь фильм наизусть.

– Вызубрила? Да я в нем живу, – усмехнулась я. – За исключением того, что вы милые девчонки. – Я наклонилась, чтобы рассмотреть кулон Кейтлин – маленький золотой медальон в форме сердца. – Красивый, Кейт.

Она прикоснулась к кулону.

– О, спасибо. Мне его подарила бабушка…

– У нас осталось десять минут до звонка, – вмешалась Эвелин, кивнув в сторону двора. – Пора голосовать.

Мы направились к столу. Двое студентов, сидевших между шариками, записали наши имена и вручили нам планшеты.

В бюллетене были перечислены номинанты на Короля, Королеву, Принца и Принцессу, а также указаны их достижения и заслуги перед школой. Эвелин была среди номинанток. Благодаря модному видеоблогу с более чем 25 тысячами подписчиков ее хвалили за «предпринимательский дух».

Джулию и Кейтлин тоже номинировали, как и меня, к моему шоку. Рядом красовался толстый абзац с перечислением всех моих внеклассных занятий и достижений.

– Ни фига ж себе, – пробормотала я, и меня охватил странный трепет.

– Как такое возможно?

Джулия улыбнулась мне.

– Понятия не имею.

– Я тоже, – вставила Кейтлин.

– Обязательно проголосуйте за себя на роль Принцессы, – велела Эвелин, зная, что роль Королевы бала принадлежит ей. – Хочу, чтобы хотя бы одна из вас участвовала в этом празднике вместе со мной.

Джулия и Кейтлин переглянулись и отвернулись, чтобы заполнить бюллетени, затем сложили их и сунули в ящик.

– Я не буду голосовать за себя, – произнесла я. – Это… странно. Для меня большая честь просто оказаться номинированной. – Я рассмеялась. – Разве не так говорят? Но я с радостью проголосую за вас, девочки.

Я отметила Эвелин как Королеву, а Ривера Уитмора в качестве Короля. Это легко. Другой выбор все равно пустая трата голоса. Принцессами я отметила и Кейтлин и Джулию, предоставив решение судьбе. Принцем мне хотелось записать Миллера, но я знала, что он воспримет это как шутку или насмешку.

– Вот, – сказала я и сунула листок в щель. – Я выполнила свой гражданский долг. Теперь я свободна?

– Притормози, – ответила Эвелин. – Потусуйся здесь до звонка.

– Зачем?

– Неплохая самореклама, – ответила Джулия, постучав себя пальцем по виску. – Стратегия.

Я ухмыльнулась.

– Чтобы электорат нас запомнил?

– Именно.

Я все еще ощущала небольшое волнение из-за моей номинации, но ошиваться вокруг стола мне казалось уже слишком.

– Вот черт, чуть не забыла, – воскликнула Эвелин. – Девочки, вы слышали? У нас есть еще один новичок в старшем классе. Ронан Венц.