Азариат обратил на меня свой взгляд. Тепло и сила просачивались через меня, когда его магия пыталась успокоить. Ни один из нас не улыбнулся, когда наши глаза встретились.

– Стена смерти, вызванная целителем, убивает всё на своём пути. Даже я не в силах остановить её, только удержать.

От этих слов что-то глубоко внутри замерло и сжалось. Я выглянула из-под уютного крыла моего сероглазого зла. Лит лежал под нашими ногами с раскинутыми темными крыльями. Значит, его магия ещё жива, как и он сам.

Я повернулась в ту сторону, где предположительно находился Черный Ангел и тихо сказала:

– нужно придумать что-то. Ты поможешь? – кто же поможет лучше, чем сам демон смерти?!

– искра, я по части убийств, - он пожал плечами, но бледное лицо подсказывало, что всё хуже. Он смотрел на меня с ужасом, неприкрытым…

– Будет идеально, если ты нарисуешь схему заклинания развеивания, ведь его Темнейшество не будет сидеть на арене до ночи.

Черный Ангел молча кивнул и принялся рисовать, шипя: - нашла целителя, у меня вообще целительских способностей нет. А дроу хорошо бы проучить.

Верховный демон обнял одной рукой за талию, поправил бретельку на открытом топе, и с непривычной нежностью произнёс:

– Искра, поверь в себя, ты сможешь. Ты не можешь сдаться сейчас, когда финал так близко. Не бойся делать ошибки, я рядом, подстрахую.

Я кивнула головой, делая шаг вперёд, стараясь не смотреть на поверженного Лита, и унять свою злость. Он выживет, а отомстить дроу мы найдём другой способ. Без смертей.

Вытянув руки вперёд, я стала шептать слова написанного на песке заклинания.

– Не действует, - прошептала я, оборачиваясь к Азариату Хэс Стирриту.

— Это стандартная схема по отмене заклинания тёмного целительства. Но у тебя есть светлая магия, которая позволяет смягчить и добиться нужного результата, на который никогда не способно только тёмное целительство. «Нужна твоя кровь», —сказал он, подавая маленький кинжал. Я подставила локоть, кивком давая ему разрешение на порез.

Боль пронзила ладонь. Моя светлая магия полилась из моих рук, врезаясь с холодной темной стеной, соединяясь и перемешиваясь, заставляя её колыхаться.

Верховный демон выставил щит, ограждая всех участников от моей смертельной магии.

Она растворялась. Стена плыла в воздухе, исчезая.

Сбоку от нас возникло лёгкое землятресение и яркий красный портал поглотил наследника дома «Обсидиан».

– Нет! - остроухая беловолосая дроу выражала отчаяние по поводу исчезновения брата.

 - Зар, что происходит? – догадка осенила меня. – Наш противник ждал момента напасть? Почему не я?

– Ошибся, - ответил демон, смотря в мои глаза, - успокойся и не делай глупостей, я скоро вернусь, - он погладил меня по плечам и строго ожидающе посмотрел на Черного Ангела.

– Да присмотрю я за ней! – отозвался тот.

И демон исчез в фиолетовой вспышке, оставив горесть во рту. Мне не хотелось оставаться без него.

– Да он умрет от потери крови! – воскликнула Лисира. – Искра!

Я опустилась на колени. Сердце бешено забилось от ужаса. Вскинула ладони над глубокой раной. Закрыла глаза, попыталась найти в себе силу. Тьма, непроглядная тьма. И вдруг в ней появилась искорка света. Совсем маленькая, хрупкая и едва различимая. Я потянулся к ней, раздувая из искорки пламя. И направил это пламя на рану.

– Хорошая работа, Искра.

– Она чуть не убила этих голыми руками! – воскликнул Таррон.

– Её дар исцелять. Как это возможно? – вставила Лисира.

– Сочетание света и тьмы делают её дар отличным от дара только темных целителей, - подошедший Асторит выглядел довольным собой.

– И что мне делать? – раздражённо ответила я.

Я не осознавала, что поднялась на ноги, пока мои ногти не вонзились в каменную стену, боль пронизывала мои пальцы от того, как сильно я впилась в неё.

– Ну и кто из нас монстр? - спросил Черный Ангел у меня, - Растёшь, детка.

– И как ты с этим живёшь? – тихо прошептала я.

– Мне потребовались годы, чтобы смириться с самим собой, но теперь мне стало лучше. Тебе нужно сделать то же самое.

Смотря как бессознательного Лита левитируют в целительский корпус, а Черный Ангел сопровождал его. Я вздохнула и не твёрдой походкой пошла прочь с арены.

Почему было так просто поддаться гневу и избавиться от помехи в виде живых существ? Почему я чувствовала себя такой торжествующей, упиваясь собственной победой? Как я могла убить кого-то, просто желая, чтобы это произошло? Я не могла этого вынести. Контроль. Я буду контролировать себя.