— Значит этот человек виноват во всём, что с нами произошло? — спросила Омела.

— Я убью его! — неожиданно воскликнула Эйлани. — Чего бы мне это не стоило.

— Не знаю виноват ли он напрямую в том, что здесь произошло, но то, что он имеет к этому отношение я не сомневаюсь. Он долго терроризировал галактику и на его совести немало жизней, сотни тысяч жизней, а может и больше. Он виновен во многих преступлениях и он за них заплатил, когда я убил его.

Егор посмотрел на Эйлани, протянул руку и сжал её плечо.

— Искать, кто во всём виноват, нет смысла, и в мести его тоже нет. Единственное о чём стоит думать так это о том, что же делать дальше?

— Давайте закончим, — сказала Омела.

Запись снова возобновилась.

«— Я же вас предупреждала, что могут быть непоправимые последствия нашего вмешательства, но вы меня совсем не слушали. Это не одномоментные катаклизмы, не землетрясения или наводнения, хотя могут быть и они. Вы нарушили некую экосистему, некий механизм питающий огромную планету. Разве вы не понимаете, что это чревато для всех кто находится на этой планете? Десятки тысяч людей в опасности.

— Доктор, попрошу не учите меня делать свою работу. В наши руки попала очень ценная вещица и я не намерен ждать пока вы будете прыгать вокруг неё с приборами и измерять какие-то там показатели. Мне нужна её мощь прямо сейчас и ни вы, никто другой меня не остановит.

— Вас остановит император! Я немедленно отправлю сообщение в Лорию о вашей полной некомпетентности и безалаберности.

— Доктор Дендо! — советник приблизился к женщине почти вплотную. — Я вам настоятельно не советую что-либо предпринимать, — он достал из кармана какой-то предмет. — Я тайный советник императора и все, что вы отправите будет прямиком направленно ко мне, так что утихомирьте свой пыл. И ещё, — в руке у него был экран на котором было, изображение маленькой девочки рядом с мужчиной. — Если вы не прекратите нам препятствовать, то сможете в скором времени вернуться к своей семье целой и невредимой.

— Вы! Вы мерзавец! — воскликнула Секвала».

Новый радужный круговорот засиял в глазах. У Егора немного начала кружиться голова, он немного зашатался, но взял себя в руки.

Теперь перед ними распростёрлась огромная бескрайняя степь. Ветер звенел в ушах. Вдалеке к небу поднимались маленькие смерчи, переливаясь яркими отблесками на солнце. Они, то вздымались в небо, вытягиваясь в длинные воронки, то опускались на землю, смешиваясь с поверхностью.

Секунды спустя ветер стал сильнее, смерчи начали расти и через несколько минут соединились в огромную стену из песка и пыли, своего рода это был большой песчаный цунами, который с бешенной скоростью двигался по направлению к ним, сметая всё на своём пути, поглощая, уничтожая, захватывая абсолютно всё. Этот цунами всё вокруг превращал в пустыню. Зрелище было настолько завораживающим, насколько и пугающим. От такого нельзя было оторвать глаз. Можно было только восхищаться силой, мощью и красотой природы.

«— Нам пора, — сказал голос рядом. — Больше нельзя здесь оставаться.

— Вы смогли зафиксировать все нужные нам показатели? — спросила Секвала.

— Да, нам удалось засечь все очаги излучения энергии, вот показатели.

Секвала взяла в руки предмет, напоминающий земной планшет, но более изящно выполненный, и начала изучать результаты. На приборе были указаны три пульсирующих очага и их координаты.

— Летим к ближайшему, времени совсем не осталось, скоро нас накроет песчаная буря. Необходимо успеть до того как это произойдёт.

— Да, кэно!»

После этого всё вокруг погасло. Егор с девушками по-прежнему находились в каирне и смотрели друг на друга.

Первой молчание нарушила Омела:

— Секвала была нашим первым кэно. Только благодаря ей наши люди смогли выжить. Она принимала жёсткие и необходимые решения. Она была очень решительной, она была потрясающей женщиной. В то время ситуация была критической, крейсер не мог покинуть планету, люди были в ловушке, надежды не оставалось. Именно она смогла найти тот артефакт, который сейчас спасает нас от пустыни. Она работала над ним день и ночь и однажды смогла построить машину, которая была способна обуздать его энергию и пустить её для нас во благо. Мы смогли построить город вокруг крейсера, возделывать землю, выращивать деревья, сады, животных. Мы смогли выжить. Всё это благодаря ей — она стала лидером нашего народа, она стала нашим кэно.

— Для чего вы нам это всё показали? — Эйлани задала такой же вопрос, какой крутился на языке у Егора.

— Я тоже не понимаю всего этого? — поддержал девушку Егор. — Какое отношение эта история имеет к нам?

— Перед смертью мама сказала мне, что…

— Подожди секунду! Кто? Мама?

— Да. Секвала моя мать, — гордо сказала Омела.

— Но это же невозможно. События о которых ты рассказываешь были много десятилетий назад. Ты не можешь быть её дочерью.

— Нанороботы, — тихо сказала Омела.

— Разве? Но как? — удивился Егор.

— Ты ведь знаешь, как это действует?

— Да, я знаю. Но как она смогла передать тебе их, — всё ещё удивлённо спросил землянин.

— Мама починила медицинский отсек и смогла провести одну операцию по передачи нанороботов в другой организм — мне. Я тогда была совсем маленькой. Но это не имеет никакого значения сейчас, главное то, что она сказала мне перед своей смертью.

Егор внимательно смотрел на Омелу и пытался понять почему эта женщина так откровенна с ними? Почему она решилась открыться именно им? Мотивы её были туманны и неоднозначны, вся ситуация была странной. Ему хотелось ей верить, но что-то его смущало. С самой первой минуты нахождения их здесь, в этом городе, Егора мучило чувство беспокойства. Странные взгляды окружающих, странный приём и затем ужин. Разговор ни о чём и в то же время обо всём. Что это было? Сомнения или его вновь обретённое качество не доверять никому? Егор не мог понять. Загадки и таинственность начинали его раздражать. Он более не хотел мириться с таким положением дел.