Шрифт:
– Что она была ведьмой.
Эта чушь мне уже поднадоела.
– Только не говори, что веришь в ведьм.
– И что все трое занимались магией… мать, дочь и внучка. Что они организовали ковен [4] , который передавал ведьминские тайны из поколения в поколение, – прошептал полицейский.
Довольно этих мерзких слухов.
– Черт побери, Бен! – взорвался Дейли. – Ты что, всерьез веришь в это дерьмо? Я видел девочку. Она – невинный ребенок и не заслужила, чтобы о ней распускали такие слухи.
4
Сообщество ведьм, собирающихся для проведения шабашей.
Кули смущенно потупился:
– Сплетни, конечно, бредовые, но, мне кажется, кое-что про Оливию – правда.
Тут Трумэн заметил, что полицейский назвал ее по имени.
– Бен, ты ее знал?
В памяти всплыли слова Огастеса о близком знакомстве Оливии со множеством мужчин. В животе неприятно заурчало.
Бен Кули? Человек, только что отпраздновавший золотую свадьбу? Только не говори, что ты…
– Лично я – нет, а вот мой старший брат знал.
Трумэн облегченно вздохнул:
– Поясни.
Кули рассказал примерно то же, что и Огастес Макги.
Сколько таких историй всплывет в ходе расследования?
Трумэну очень хотелось услышать хоть что-то хорошее о лесных отшельницах.
– Бен, ну и зачем ты мне это рассказываешь? Мы ни на шаг не приблизились к убийце.
Кули начал топтаться на месте, теребя перчатки.
– Знаю. Но если дочь пошла в мать, то наверняка многие мужчины не прочь ей отомстить. Просто мысли вслух.
– А по-моему, просто мерзкие сплетни.
Эти соблазнительные изгибы нежного тела, эти манящие глаза…
– Давай прекратим эту болтовню. Пусть люди знают, что распускать слухи нехорошо. И следствию ими не поможешь. Если у кого-то есть конкретные факты – другое дело.
– Сплетников трудно унять.
– Старайся изо всех сил, – велел Трумэн. – И отправляй всех, у кого есть факты, к окружному детективу Болтону или к агентам ФБР.
Бен встрепенулся:
– ФБР? Почему ФБР?
Дейли прикусил язык, мысленно ругая себя. Схожие обстоятельства гибели судьи и Оливии Сабин пока не стали достоянием общественности. Кули приподнял бровь, заметив, что начальнику неловко.
– А, понимаю… Нельзя разглашать?
– Я и так сказал слишком много.
– Ладно, буду нем как рыба.
– Спасибо, Бен.
Над головой Кули в дверях появилась голова Лукаса. Бывшая звезда школьной футбольной команды ростом в шесть футов навис над пожилым полицейским.
– Босс, к вам посетитель. – Лукас нахмурился: – Журналист «Орегонца». Отказался сообщить о цели визита, так что я сказал ему: у него на все про все одна минута.
– Бен, у тебя всё? – спросил Трумэн.
– Ага. – Кули с трудом протиснулся мимо туши Лукаса, почти закупорившей узкий коридор.
– Собираетесь его принять? – спросил секретарь.
– Почему бы и нет? – Шефу полиции хотелось отвлечься от слухов про ведьм.
– Эй, журналист! – крикнул Лукас, обернувшись в коридор. – Проходите.
Трумэн поморщился.
Появился высокий мужчина примерно того же возраста, что и Дейли. Он неловко протиснулся мимо Лукаса. Трумэн понимал, что секретарь нарочно ведет себя бесцеремонно – обычно это ему не свойственно. Посетитель оказался ростом почти с Лукаса и двигался с уверенностью спортсмена, напоминая скорее ловкого защитника, чем нападающего. Трумэн встал, протянул руку, и мужчины представились друг другу. Майкл Броуди ответил крепким рукопожатием, не сводя с Дейли глаз. Часы на его запястье были точь-в-точь как у шурина Трумэна, одного из директоров «Майкрософта». То есть далеко за пределами финансовых возможностей шефа полиции.
Он может позволить себе такое на журналистскую зарплату?
– Чем обязан? – поинтересовался Дейли, усаживаясь и жестом приглашая гостя сделать то же самое.
Броуди примостился на краешке стула, подавшись к Трумэну.
– Я делаю репортаж о смерти судьи Малколма Лейка. Видимо, вам уже известно о связи между смертями Лейка и Оливии Сабин… – Журналист не отрывал взгляд от шефа полиции, сохранявшего бесстрастное выражение лица.
– Не понимаю, какое это имеет отношение ко мне. Я не веду эти дела.
– Однако вы были в доме Оливии Сабин вчера утром. Зачем выезжать на место происшествия, если не имеете никакого отношения к расследованию? Причем вы приехали туда очень быстро… вести об ее смерти не успели разлететься.
– Кто вам сказал?
– Какая разница? А агенты ФБР появились там еще быстрее. Откуда они знали, что ее смерть как-то связана со смертью судьи?
– Они не… – Трумэн поспешно захлопнул рот.
Взгляд журналиста стал еще пристальнее.
– Если они понятия не имели об этом, то почему агент Килпатрик оказалась в доме убитой раньше всех?