– Вот тебе и ответ, сестренка! Юля знает, о чем говорит, сама все пережила.

– Я не знаю… подумать надо, – я все еще сомневалась немного. Юлька вскочила с лежака. Чего-то нервная стала в последнее время.

– О чем тут думать? Руслан все равно не сможет ее воспитывать, нет его. А София дальше живет. Жизнь продолжается! Твоей дочери еще повезло, что на ее пути встретился такой хороший человек, такого отца еще поискать… - Юлька совсем разошлась, ходила туда-сюда, размахивала руками. Я подошла к ней, обняла.

– Ну ладно, сестренка! Ты чего-разошлась-то? Я поняла, поняла. Успокойся! А то вон уже Кит на крики спешит.

Из воды действительно выходил Никитка, держа Киру поперек живота. Стас с Ромкой тоже шли к берегу. Дети с довольным видом восседали на их плечах.

– Ладно, Тась, правда я чет завелась… А Руслана тоже не давайте забывать малышке. Показывайте фото, рассказывайте. Все будет хорошо! – Юля тоже обняла меня и вдруг поцеловала в щеку. К нам подошел кум, отпустил барахтавшегося мальчишку, и приобнял свою любимую за плечи.

– Что за шум? Кто тут мою девочку расстраивает? – вроде в шутку, но грозно посмотрел на нас кум.

– Ну Никит, мокрый весь! – Царева взяла полотенце и стала обтирать Никитку. – И меня никто не расстроил, просто вспомнила, как сама училась плавать, отца-то у меня не было, некому было научить, – при этих словах она посмотрела прямо мне в глаза. – И жарко, я мороженое хочу!

Кит понесся исполнять желание любимой девочки. Ромка со Станиславом тоже отправились купить сладкое лакомство для всей компании. Юля уселась на лежак и взяла Софию к себе на колени. Она вытирала ее, поправляла хвостики.

– Ну как, котенок, накупалась? – спросила она у девочки сладеньким голосом. – Как тебе спалось сегодня? На новом месте? Что приснилось?

– Я хорошо спала! Мне очень понравилось у дяди Стаса. Тёть Юль, мне папа приснился, я рассказала ему, что мы поедем в дельфинарий, а потом купаться, а я плавать не умею… а, он сказал, что у меня еще папа есть, чтобы я его попросила научить. Потом я проснулась, и попросила папу… то есть дядю Стаса научить меня. Он согласился. – Бусинка виновато глянула в мою сторону.

– А почему ты дядю Стаса папой утром назвала, а днем нет? – ласково спросила Юля и чмокнула мою дочь в пухленькую щечку.

– Я боюсь, меня мама заругает, если услышит, – девочка сказала это почти шепотом, но мне все равно было слышно, а Юля при этих словах снова с укоризной взглянула на меня. – Мама говорит, что у меня только один папа – Руслан, и он у меня здесь, – София показала на сердце. Царева снова воззрилась на меня.

– Ну чего ты меня глазами ешь? Да, я так говорила, год назад. У нас со Стасом тогда не было отношений… ну почти.

– Знаешь, котенок, если хочешь – называй дядю Стаса папой. Мама не будет больше ругаться. Да, мама?

Я кивнула. Юлька права, живой отец нужен ребенку, особенно если это Стас. Мужчины возвращались, разговаривая и смеясь чему-то. Рядом с братьями Филатовыми Ромка оживал, становился таким же, как и до гибели Руслана. Он, как и София, нашел в их лице замену своему брату, которого ему так не хватало.

Полакомившись мороженым, дети повалились под зонтик на покрывало, устали от жары, набегались. Я сидела рядом с любимым, смотрела на него, тайком восхищаясь его красотой, мне нравилось в нем абсолютно все – и внешность, и характер. С людьми он был немногословен, но все прислушивались к нему, подчинялись, даже папа Карло всегда советовался с ним, я не удивлюсь, если Стаса поставят во главе нашей необычной группы. Сейчас он задумался о чем-то, глядя вдаль, за горизонт. Его пальцы перебирали гальку, он, казалось, не замечал этого. Я поворошила его волосы, поцеловала загорелое плечо.

– О чем задумался?

Стас сразу встрепенулся, заулыбался, потом снова стал серьезен.

– Да вот, у меня вся эта история не выходит из головы. Почему так случилось, что я видел тебя в четырнадцать лет еще, и с матерью нашей ты оказалась знакома… Это письмо, последнее, пришло в конце августа, вот в эти дни, а через неделю телеграмма пришла, что ее не стало… в следующие выходные ей дата. Двенадцать лет уже, как нет ее. Я два года не был на ее могиле…

– Мне очень жаль, я понимаю тебя, знаю, как терять родителей… - сочувственно прошептала, уткнувшись в плечо мужчины.

– Да, я знаю, они погибли оба сразу, в аварии…

Я уже не удивлялась, что Станислав все про меня знает. В отличие от меня, даже вчера в кафе мы разговаривали о моей жизни, я не успела ни одного вопроса задать про его жизнь.

– Слушай! А давай поедем к твоей маме на могилку! В Уфу, – я и подумать не успела, само вырвалось как-то. Стас удивленно вскинул брови.

– В Уфу? Когда? Как?

– Ты же сказал, что ей дата на следующих выходных. Вот и поедем!

– Тась, это далеко, двое суток ехать, даже больше…