Такая точность и круглые числа показывает, что в древности или местные маги, или боги хорошо поработали над орбитами планеты и местной луны.

— Ты представляешь, этому телу семнадцать лет, а оно так толком и не выросло! Магия, шмагия, а рост человеку увеличить не могут. Говорят, тут есть архимаги не больше полутора метров. Оказывается, тело тех, кто в юности интенсивно раскачивал ядро, отстаёт в развитии. А потом поздно, тело расти перестаёт. Получается, я так и останусь шибзиком. Отстой полнейший!

Собеседник, соглашаясь со мной, несколько раз кивнул головой. Понятливый он, хоть и неразговорчивый. Слушает внимательно, такое ощущение, что и русский язык отлично понимает. А то одному совсем тоскливо. Двадцать дней прошло после того, как весь мой отряд куда-то разлетелся. Или двадцать два? Что-то в последнее время у меня все дни начали сливаться.

Переночевали мы тогда в лесу, отъехав от жилища поклонников богини Красный Лотос как можно дальше. Отряд наказующих нас ждать не стал, они все были верхами, уехали вперёд ещё вчера. Мы договорились с Белиандом, что Сенилу он забирает сразу, учиться она будет где-то на окраине графства Аэри, вот он и хотел отправить её туда телепортом из столицы. Я не противился, всё равно не знаю, где это, у меня на телепорт средств нет, а тут халява.

Денег вообще ни монеты.

Как там бабушка говорила? «Вчера пели, веселились, утром встали, прослезилась». Финансы поют даже не романсы, они мне заупокойную поют.

— Что у нас с припасами? — Помнится мне, наша карета была вычищена Седым Кабаном, это который скоропостижно скончался, наткнувшись на острый предмет. Мой отряд чего-то там натащил из пещер фанатиков, что-то дали наказующие, совсем с голоду умереть не должны.

— На день-другой хватит. — Уныло отозвался Квадро. — Для лошадок только нет ничего.

Местные богопоклонники не имели лошадей, соответственно, и корма тоже не нашлось. У наказующих корм я попросить не додумался, а мой раб к ним даже не подходил с таким вопросом.

— Переживут на подножном корму твои драгоценные лошадки. — Отмахнулся я от его постоянного нытья. — У нас денег нет. — Оглядел этих двух, которые в последнее время частенько сидят рядом. — Ну что, отряд Демона, у кого есть хоть какие-то предложения? Хайлин, есть что предложить? Денег мы не заработали, даже то, что имели, потеряли. Нет, в потере этих денег я тебя не виню, тут ты точно не виновата, но не могу не напомнить, что осталось десять дней.

— Я предлагаю всё же сходить за Серебряным Цветком. — Хайлин уже не была такой хмурой, сейчас она имела довольно решительный вид. — Я не хочу стать рабыней.

Так это что, те паучки — не те Цветочки, что мы искали? А такая стройная теория была.

— Далеко до него? — Постарался не показать я своего удивления.

Хайлин огляделась, потом, некоторым сомнением показала в сторону леса.

— Там, вроде. Если напрямую, то полдня, или около того. Я тут до этого ни разу не была, я только от дома дорогу знаю.

А до её дома сутки, это я помню. Мысль, что ещё не всё потеряно, что я вполне могу выбраться из финансовой ямы, приятно грела душу. Решено.

— А повозка до твоего дома дойдёт?

— Дойдёт. — Неуверенно протянула она. — В некоторых местах придётся прорубаться, и будем ехать не день, а два, но доедем.

— Отлично. Тогда решено, идём за Цветком. Квадро, у нас есть топор?

— Да, где-то там был.

— Найди его. Прямо сейчас! — Рявкнул я, видя, что парень даже не пошевелился после моей команды. — Или оставлю тебя тут, посреди леса.

Вот теперь подействовало. Обиженно глянув, он подскочил и убежал внутрь кареты. Вещей у нас было всего ничего, топор точно не потеряется, но это его вернувшееся наплевательское отношение ко мне, взбесило. Я его никогда не бил, но явно зря проявлял такой гуманизм.

Как мы добирались до жилья посреди леса, это надо было видеть. Я проклял нашу карету всеми нехорошими словами, какие знал. Когда мы проезжали болота, я твёрдо был уверен, что Хайлин, как тот Сусанин поляков, нас сейчас заведёт и всё, бросит.

А что, для неё это прекрасный вариант избавиться от долга.

Два раза мы едва не застряли, вытаскивая даже полупустую карету с трудом, а на третий раз всё же встали окончательно.

— Дальше идём пешком. — Принял я поистине героическое решение. — Бросаем телегу тут, она все равно почти пустая. Только ремни с неё снимите. Распределяйте вещи и выходим.

Всё же, я ненавижу болота, в который раз в этом убеждаюсь. И Хайлин что-то крутит, о чём-то шепчется на привалах с Квадро. Оставят меня тут и уйдут.