Ирон и не обиделся, а тут же принял его как союзника и перешел к делу:

– Надо мочить Вожака. Ты это делать не станешь, иначе бы уже…

– Он мне не доверяет, – признался Виту. – Сегодня высек меня и прогнал, сказав, что я зарвался. Так что хрена у меня что выйдет.

– Тебя? – пораженно спросил Ирон. – Вожак что?…

– Будешь так тупить – я сам тебя трахну, аж бесишь, – искренне разозлился Виту, потому что от всей этой беготни задница болела только сильнее, но он заставлял себя сосредоточиться на другом: – План какой? – спросил Виту уже совсем другим тоном и тут же мило, шутливо и немного кокетливо улыбнулся.

Он просто начинал уставать от собственной серьезности. Быть собой – порой намного сложнее, чем кем-то другим.

– Я хочу заключить сделку с Шефом, – признался Ирон. – Если он грохнет Вожака…

– И почему я должен это делать? – внезапно вмешался Шеф, выходя на свет с пистолетом в руках. Только поднимать он его не стал, не торопясь принимать решение.

Выдавать себя еще и Шефу Виту не собирался, по крайней мере, сейчас – мало ли когда и как ему может пригодиться роль тупой блондинки. Потому он что-то охнул или пискнул – в общем, издал звук, с которым кокетливые балеринки нагишом прятались за дверцы своих шкафчиков – и, вместо дверцы, спрятался за Ирона.

– Потому что тебя он к себе подпустит, – ответил его защитный шкафчик. – А я нашел архив и покажу его тебе, да и, получив власть, не останусь в долгу.

– А еще Вожак хочет слить тебя Ястребам, – наябедничал Виту, высунув нос на одно мгновение.

– Допустим, – хмыкнул Шеф и после недолгих раздумий решил: – Идем. Решим, как именно действовать.

– Виту, ты можешь убрать тело? – спросил Ирон, который, видимо, не хотел его брать с собой.

– Да, на склад к остальным тушам, – тут же ответил Виту. – Кожу сниму, никто и не поймет, куда он делся. Я уже так делал.

Он улыбнулся мило и весело, хотя внутри было гадко. Он и сам не хотел идти с Ироном. Видеться с Кастером ему не хотелось, да и трупы с коридоров действительно нужно было убрать: и этот, и те три.

Оставшись в одиночестве, Виту перестал играть. Смысла в этом он не видел, хотя притворство часто помогало. Если на душе было слишком гадко, можно было очень долго притворяться веселым, чтобы противное чувство нарастало, а потом два минуса, видимо, давали плюс по банальным законам математики и становилось вполне сносно. Все. Даже вид трупа, который стал таким послушным благодаря тебе.

– Какая цаца, – сказал он сам себе и еще раз вытер нож о грязную рубашку.

Кровь на ней свернулась, побагровела и теперь едва ли измажет камни, а именно этого Виту и хотел. Он просто схватил убитого за руку и потащил по коридору, как мешок.

Почему-то он вспоминал того человека, из-за которого он здесь. Его тело он так же тащил из кухни в кабинет, с той же пустотой внутри.

– Я люблю тебя, Виту, – говорил тот гад и будил его поцелуем в шею, если Виту засыпал в его кабинете за столом, прямо за ноутбуком. Виту ему почти поверил. Сам не влюбился – не смог, но поддался, подыграл, а потом правда вскрылась, как гнойник.

– Да кому ты нужен вообще? Вот оно единственное, чего ты стоишь!

Он тряс флешкой перед носом у Виту и смеялся.

– Что смотришь на меня, пидор тупорылый. Выметайся, ты мне больше не нужен. И учти, что завтра я тебя еще и уволю, а подойдешь ко мне – заявлю, что ты домогаешься.

– А-а-а, – протянул Виту.

Он бы, конечно, спросил у него кто здесь пидор, но это был уже избитый вопрос, не новый. Он не раз спрашивал у умника, который его трахнул: «кто он сам»? Если легко кончил в мужскую задницу, а главное, почему виновата всегда задница? Как будто она, блин, член сожрала и вынудила. Ага.

Симонс Вайдан вообще пошел дальше всех. Он сам начал подкатывать к Виту, сам затащил его в постель и даже жить к себе позвал сам, ну правда трахнуть себя не дал, но тут Виту не удивлялся. Дядька за сорок, так мило причитающий о том, что впервые сошел с ума по мужчине. Ну не может, ну слишком для него это, ну и хрен бы с ним. У Виту таких отношений было куда больше, чем равноправных. Он давно привык, что на него делают ставки, что его охотно трахают, а любить не собираются. Для этого дерьма и Пекла не надо.

Он даже не удивился бы, скажи Симонс, что это была тупая игра, увлечение, любопытство – вот покувыркались и хватит.

– Хватит, так хватит, – сказал бы Виту, собрал вещи и ушел бы сказав: – Прощай, сладенький.

Потом он бы даже совершенно спокойно работал с этим человеком рядом. У него такое уже было. Бурный роман с инженером отдела с пьяным сексом до одури, а потом испуганные глаза поутру.

– Ой, только не надо сейчас делать такое лицо! – воскликнул тогда Виту. – У нас был секс, ну так бывает. Забей и забудь.