Если бы я поверила Луизе, это, вероятно, означало бы, что он был мудаком.

Его пиджак был расстегнут, открывая взгляду накрахмаленную белую рубашку, заправленную под аккуратный пояс брюк. На нем не было галстука, а воротник был расстегнут настолько, что была видна его загорелая шея. Его можно было бы назвать важным человеком на задании, и я снова задумалась, что же он делал в «Полотне греха».

А потом он повернулся в нашу сторону.

Положив руку на ручку пассажирской двери, он остановился и посмотрел в нашу сторону. Даже на расстоянии меня поразила его властная аура. Его лицо было каменным, когда он изучал нашу машину, как будто он имел право решать, кто мог приходить и уходить с моего склада.

Его темные волосы слегка развевались на летнем ветру, стильная стрижка подчеркивала сильную челюсть. Сняв темные очки, он остался спокоен, прищурился и продолжил изучать нашу машину.

Я хотела спросить Патрика, знает ли он, кто этот джентльмен, но почему он мог знать?

Перед моим приездом в Чикаго Винни наняла агентство, которое предлагало как транспорт, так и безопасность. Может быть, я и сказала Луизе, что эта поездка ничего особенного не значит, но я не могла забыть слова матери. Идея моей помощницы была хорошим компромиссом. Несколько тысяч долларов показались мне честной сделкой за мое душевное спокойствие.

Наша машина остановилась в нескольких парковочных местах от большого внедорожника.

— Мэм, вы хотите, чтобы я сопровождал вас на встречу?

Я сказала «нет» в распределительном центре, но сжавшейся желудок подсказал мне довериться своему инстинкту. В конце концов, я наняла эту компанию, и с таким же успехом могла бы использовать не только транспортную выгоду.

— Да, спасибо, Патрик.

Мгновение спустя моя дверь открылась, и то, что я видела через окно, теперь стало ощущаться. Ветерок, обдувавший деревья, вливался в машину с изнуряющей летней жарой, заменившей кондиционер.

Я скучала по многим вещам, когда была вынуждена переехать в Колорадо. Экстремальная погода Чикаго не была одной из них. Людям, которые не жили в таких климатических условиях, как в Чикаго, было трудно понять, что летом здесь очень жарко, а зимой в одном и том же районе вполне может быть десять градусов ниже нуля. Это не включало в себя индекс тепла или холодный ветер.

Если вы не знаете, что означают эти термины, то вы не жили в Чикаго.

Забрав сумку с отчетами и планшетом, я вышла из машины, мои туфли на каблуках приземлились на мягкий асфальт, когда жар опалил мои голые ноги под юбкой. Моя блузка прилипла к коже, когда солнце начало припекать. Мои глаза были прикрыты темными очками, и мой взгляд был прикован к мужчине, которого я видела несколько мгновений назад.

Я надеялась, что он не заметит, что я смотрю в его сторону.

Я не знала, почему меня это беспокоит. Он не скрывал, что все еще наблюдает за мной.

С каждым шагом, который я делала, его пристальный взгляд не ослабевал, а голова все больше склонялась к широкому плечу. В разгар обжигающей жары его угрожающее поведение выглядело расчетливым, но спокойным, если не совершенно холодным, пока он внимательно изучал меня с головы до ног.

В его характере чувствовалась уверенность.

Как будто вместо температуры, исходящей от солнца, это был жар его взгляда, проникающего за мою защиту ко мне — к настоящей мне.

Глава 3

Кеннеди

Моя кожа покрылась мурашками, когда абсурдность этой мысли поселилась в глубине живота.

Он видел меня настоящую.

Это невозможно.

Я не знала настоящую себя.

Я выпрямилась, не желая позволять этому человеку запугать меня одним лишь взглядом. И все же, если быть честной, так оно и было. Только его пристальный взгляд был толчком к дурному предчувствию, которое теперь бурлило в моей крови. Высоко подняв подбородок, я продолжала идти к своей цели, делая вид, что не замечаю его.

Патрик двигался синхронно, когда мы молча проходили мимо опасного мужчины. Я заставила себя идти дальше, шаг за шагом, вверх по лестнице к двери рядом с погрузочной площадкой. Оказавшись на месте, я снова вспомнила, что нахожусь там, где только что был темноволосый мужчина.

Почему он оказался на моем складе?

Как только дверь закрылась, я выдохнула воздух, который так долго задерживала, и сняла темные очки.

— Мисс Хокинс, вы в порядке? — спросил Патрик.

— Да, — сказал я с дрожью в голосе. — Думаю, это из-за жары.

Мои глаза привыкли к полумраку помещения. Хотя внутри здания не было яркого солнечного света, температура почти не менялась. Неподвижный воздух был душным, и все же ледяной холод взгляда темноволосого мужчины заставил меня нервничать.

Я отодвинула это в сторону и огляделась вокруг. Устройство склада было похоже на наши другие по всей стране. Кивая мужчинам и женщинам, которые двигали товары, я прошла мимо рядов высоких полок к офисам в задней части склада.

Одно нажатие кнопки и дверь в кабинет открылась.