Брови Хонор удивленно поползли вверх, и он рассмеялся.

– До того как вы заняли место в Конклаве, некоторые жители вашего лена выражали беспокойство по поводу «той иностранки», которая должна была управлять ими. Но это осталось в прошлом: сейчас они скорее гордятся тем, что у них столь… хм… своеобразный правитель. Должен сказать, доставшиеся вам земли с самого начала заселялись народом беспокойным, более других склонным к новизне. Для таких людей ваши качества выглядят привлекательными и в чем-то заслуживающими подражания.

– Вы серьезно?

– Абсолютно. Более того…

Хронометр Хонор подал сигнал, возвестив о прибытии очередного посетителя. Осекшись, Клинкскейлс бросил взгляд на дисплей и покачал головой.

– Ну что ж, эта встреча может оказаться интересной. Явился тот инженер, о котором я вам рассказывал.

Хонор вернула кресло в рабочее положение. В следующий миг – в ту самую минуту, на которую была назначена аудиенция, – в дверь постучали.

– Войдите, – сказала она, и гербовый страж в зеленой форме – цвет, избранный ею для своего лена, – отворил дверь.

Вошедший был молод, а его чрезмерно аккуратный официальный костюм выглядел на нем странно, словно наряд с чужого плеча. Ей подумалось, что этому малому куда лучше подошел бы комбинезон со множеством карманов для приборов и инструментов. Явно робевший в присутствии высоких особ, молодой человек замешкался у дверей, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.

– Заходите, мистер Геррик, – как можно любезнее сказала Хонор и, поднявшись, протянула ему руку.

Согласно церемониалу ей как землевладельцу подобало принимать просителей сидя, однако она очень хотела приободрить этого нерешительного юношу.

Тот заспешил навстречу с таким смущенным видом, что она смекнула: бедняга выучил правила аудиенции, а когда она их нарушила, просто растерялся, не зная, как надлежит поступить. Пожать протянутую руку. Или поцеловать.

Хонор решила этот вопрос сама с помощью крепкого рукопожатия и улыбки. Молодой инженер немного расслабился и даже позволил себе улыбнуться в ответ.

– Присаживайтесь, мистер Геррик.

Она указала на стоящий перед письменным столом стул, и он торопливо сел, нервно прижимая к себе портфель.

– Лорд Клинкскейлс рекомендовал вас как одного из лучших моих инженеров, – продолжила Хонор, – и сказал, что у вас имеется некий интересный проект, который вы хотите предложить моему вниманию.

Геррик покраснел, возможно, решив, что «лучшим инженером» его назвали просто в шутку, однако Хонор спокойно ждала ответа, приготовившись в случае надобности делать заметки. Внимательное выражение ее лица, видимо, чуточку успокоило его, поскольку он глубоко вздохнул и приготовился.

– Да, миледи.

Для человека столь тщедушного сложения он обладал необычно глубоким и звучным голосом.

– Итак, изложите суть, – предложила Хонор, откинувшись в кресле. Инженер откашлялся.

– Миледи, я разрабатываю способы практического использования новых материалов, ставших доступными нам благодаря вступлению в Альянс.

Фраза прозвучала с вопросительной интонацией, а продолжение последовало лишь после того, как Хонор понимающе кивнула.

– Некоторые из них обладают весьма примечательными свойствами. Особое впечатление на меня произвели возможности кристопласта.

Он снова сделал паузу, и Хонор потерла кончик носа. Кристопласт мог считаться новым материалом разве что на Грейсоне. В Звездном Королевстве был разработан армопласт, материал с лучшими характеристиками, но более дорогой, поэтому кристопласт использовался только в гражданской сфере в целях экономии средств. Харрингтон потребовалось несколько мгновений, чтобы припомнить сравнительные характеристики обоих материалов.

– Итак, мистер Геррик, ваш проект предполагает использование кристопласта?

– Совершенно верно, миледи. – Геррик подался вперед: теперь он заговорил о деле, и нерешительность сменилась уверенным энтузиазмом. – Это замечательный материал, миледи, ни о чем подобном мы раньше и не мечтали. Он легкий, прочный, упругий: именно то, что нужно для создания искусственной среды. Я хочу сказать, что мы могли бы покрыть кристопластовыми куполами поселения, а то и целые города.

Хонор снова кивнула: ход мысли этого человека был ей понятен. Высокая концентрация тяжелых металлов в коре планеты делала обычную атмосферную пыль настолько опасной, что в строительных нормах и правилах Грейсона наличие у здания системы фильтрации и превышение внутреннего давления над наружным было столь же элементарным требованием, как на других планетах – наличие у дома крыши. Все общественные здания – Конклав, Дворец Протектора или особняки землевладельцев – располагались под куполами, где поддерживался искусственный климат.