– Лиза попала в клинику: лучшее отношение, лечение, прием, осмотры и помещение. Там все было на высшем уровне.

– Но и это не помогло…

– Неужели этот твой знакомый так просто согласился помочь?

– Костя, к чему ты клонишь? Спроси меня прямо, ты же знаешь, я отвечу честно и только правду.

– Что тебе пришлось сделать, чтобы твоя просьба была выполнена?

– Мне пришлось сходить с ним на свидание.

– Соня, не говори мне, что он попросил что-то еще… Я не хочу это слышать, я просто взбешен, я не хочу слышать, что он просил тебя переспать с ним за твою просьбу. Я не хочу знать, – он почти взревел, глаза яростно горели, кулаки сжимались, желваки ходили. Он тяжело дышал. Я быстро слезла с кровати, оказалась рядом с ним, приподняла его голову, ладошками гладила его за щеки и смотрела в его глаза.

– Костя, это был мой выбор и мое решение, я знала, на что я иду и для кого. Что было, то в прошлом, и я была рада, что Лизу приняли в клинику, он сдержал свое слово, а я - свое. Я надеялась, что Лиза снова сможет быть такой же счастливой, как в тот день нашей с ней встречи, хотела, чтобы дочка как можно больше и дольше могла видеть свою маму, а мужчина ее мечты был рядом с ней и делал ее все такой же счастливой и окрыленной от любви.

Я плакала. Я просто тихо плакала. Мне даже не пришлось рассказывать, он все понял. В первый и последний раз в жизни я сделала это.

– Я очень зол, взбешен, не могу уложить все это в голове. Понимаю, что не имею права ревновать тебя, но не могу… Я, как подумаю, что…

– Ты прав, ты не можешь меня ревновать. Костя, все прошло, я хочу забыть и помнить только хорошее. Мой поступок итак мне противен, я хочу его забыть. Просто хочу забыть. Что сделано, то сделано, ничего не вернуть, да и не стала бы я ничего менять. Все так, как должно быть.

Костя сильно меня обнял и не выпускал меня до самого утра, близости у нас не было в эту ночь, каждый переживал прошлое. Сквозь сон услышала его тихое «спасибо» и легкий поцелуй в макушку.

Дни пролетали быстро. Светлана Леонидовна и Степан Витальевич приехали ненадолго, прогостив у нас две недели, решили, что через месяц возьмут Веру к себе в Германию. Мы все вместе ходили гулять, в кино и даже в паре музеев побывали. Я, где могла, брала с собой еще и Ксюшу с Линой, но Лина чаще всего предпочитала оставаться дома с Кириллом - они усердно трудились над вторым ребенком, оба очень хотели! А мы с Ксюшей и Верой прекрасно проводили время и без них.

С Костей мы ловили каждую минуты единения и наслаждались страстным и ненасытным сексом.

Часть девятая

«Будь со мной»

Говорят, что влюбленные не замечают, как пролетают дни. И я убедилась в этом.

Уже прошел первый месяц лета, а у меня в душе все еще была весна. Я была неимоверно счастлива, любила и отдавала любовь, не прося чего-то взамен. Нет, с Костей мы не признавались друг другу в этом, может, так и нужно, нам хватало всего того, что у нас есть и что мы чувствуем. Не всегда же важны слова любви, главное - чувствовать, что ты нужна и любима.

Мы сидели с Верой на диване и смотрели фильм «Зачарованная». Это был наш четвертый день без Кости. Мы жутко скучали, пока он был в командировке, каждый день созванивались, иногда по очереди, иногда и обе по скайпу. Разговаривали долго, а потом, посылая воздушные поцелуи, шли умываться и спать.

Завтра уже должен был приехать Костя, а я, наоборот, улететь в Китай для завершения сделки. Эх, надеюсь, хоть где-нибудь мы с ним пересечемся. Вере придется дома завтра побыть одной, пока Костя не приедет, а я рано утром должна мчаться в аэропорт.

Посмотрела на своего ангелочка, который лежал на мне в обнимку и смотрел фильм.

Вере сегодня было нехорошо, ее тошнило, и меня это испугало, но потом, сварив ей куриный бульон, я увидела, что ей вроде стало лучше. Потрогав лобик у медвежонка, меня насторожило, что он очень горячий. Так, мне это совсем не нравится.

– Вера, медвежоночек, дай мне встать, хочу сходить за градусником, мне кажется, ты вся горишь.

Девочка вяло привстала и сразу же легла на диван.

Долго искала градусник, когда нашла и измерила температуру, то пришла в ужас – 39,8 градусов. Что же делать?

– Медвежонок, скажи мне, что-нибудь болит у тебя, снова тошнит?

– Нет, просто холодно очень.

Я села и взяла ее к себе на колени, обняла, позвонила Лине, уж кто-кто, а она должна знать, что может быть с Верой.

– Лина, Вера заболела, а я не знаю, чем помочь ей.

– Что именно болит? – быстро и четко спросила меня Лина.

– Утром ее немного тошнило, потом поели куриный бульон, все было хорошо, но аппетит плохой, сейчас температура почти 40. Что делать?

– Вызывай скорую.