Но не успел, само собой. По пути пришлось вместе с поклажей забираться ещё по двум канатам, а я и так был почти без сил. В общем, приходилось постоянно останавливаться и пытаться передохнуть. Когда я вернулся, Нанна уже спала, а Рубари посмотрел на меня с явным осуждением.

— В-л-н-в-лась! — заметил он, кивнув на девочку. — П-р-ж-в-ет!

— Не надо переживать и волноваться о дураках! — ответил я. — Ничего они путного не сделают. Иди спать…

— Тут е-е-е-да! — Рубари виновато указал на котелок и со вздохом пошёл спать.

А я уселся с едой рядом с очагом, зажёг фонарь и достал «Особенности постройки эфирных судов» из ящика, в который свалил все лишние вещи перед вылазкой. После чего открыл книгу и принялся читать, выписывая на обложке с внутренней стороны список необходимого. И чем дольше я читал, тем больше меня охватывало уныние.

Ведь как мне казалось: сшей аэростат, сколоти гондолу, достань логос огня — и установи так, чтобы горячий воздух поднимался внутрь аэростата. Вот только тогда гондола оказывалась крошечной, а аэростат — огромным. На одном лишь горячем воздухе подъёмная сила конструкции в шестьсот кубических метров позволит увезти с собой пару человек и небольшой сухпаёк. И это с учётом того, что ткань для аэростатов делалась с применением специальных логосов, позволяющих нагреть воздух внутри почти до тысячи градусов!.. Да при таких температурах воздух по летучести вообще приближается к гелию, если я всё правильно понимал. Но, конечно, у меня так нагреть не получится — с малым-то логосом огня…

Цифры в книге были, конечно, местные, но я сумел перевести их в более привычные земные показатели. И получалось, что даже если я сошью цилиндр длиной метров двадцать и с радиусом в десять метров, то при нагреве, который даёт малый логос огня (а это почти триста градусов!) аэростат вытянет груз около трёх с половиной сотен килограммов. Причём, часть этого веса ещё гарантированно сожрёт ткань и гондола.

Автор книги был неумолим — без логосов невозможно поднять нормальный вес. И одним из самых главных для подъёмной силы был логос пустотной сферы! Его размещали на подвесе внутри аэростата, и пневмы он жрал — будь здоров! Этот логос создавал внутри аэростата сферу пустоты — разреженного воздуха — окружая её прозрачным коконом, который сдерживал внешнее давление и не давал конструкции сложиться внутрь. К сожалению, если что-то попадало внутрь кокона и не обладало должной прочностью — то могло быть и разрушено. Сталь разрывающую силу сферы выдерживала, а вот ткань — не выдержит точно. От силы логоса сферы пустоты зависел и размер самой сферы — и, соответственно, размер аэростата.

Где взять этот логос? А ведь ещё нужен был логос сферы охлаждения, которой надо было окружить логос огня. И ещё требовался держатель для логоса огня, чтобы он насквозь не прожёг конструкцию гондолы. А ещё нужны были турбины, которые крутились бы с помощью восходящих потоков воздуха и через цепь передач передавали бы энергию вращения двигательным винтам. Для передач требовались цепи — причём, укреплённые, чтобы не рвались при каждом удобном случае…

Где всё это взять?!

Я молчу про конструкции циркуляции воздуха, про специальные материалы корпуса из лёгкой древесины, про вспомогательные логосы, которые смогут укрепить судно и повысить надёжность узлов — всё это надо было либо делать самостоятельно, либо искать по складам Экори. Может, и сумею что-нибудь найти… И на всё про всё у меня было в общей сложности тридцать дней. И ещё двадцать — на сборку конструкций. А где найти время на то, чтобы подняться на плато?!

«Как же мне не везёт! — подумал я, глядя на список. — Стой, Фант! Тебе надо вывезти отсюда всего лишь трёх человек! Для этого достаточно тесной гондолки, пары винтов для движения и маневрирования — и чтобы всё это продержалось хотя бы пару недель!..».

С этими мыслями я решительно расставил галочки напротив того, что было действительно необходимо — и снова задумался. Так или иначе, основная сложность была в логосах, которые просто неоткуда было брать. Даже логос огня находился под присмотром огромной скамори. И ещё попробуй его оттуда достать! Эта огромная мамашка почти не покидает храм… А даже если покинет, и я сумею утянуть логос, вряд ли она обрадуется и позволит мне донести его до убежища…

А без него обогреть нужного размера аэростат не получится. Разве что найти логос сферы пустоты, но где его взять?

Бинго!..

Не веря самому себе, я выбрался из убежища и уставился на освещённый звёздами и сразу двумя лунами Новый Экори. Света было вполне достаточно, чтобы разглядеть два разрушенных квартала, поверх руин которых, припорошённые снегом, торчали обломки разбившегося дирижабля — вот где можно было взять сферу пустоты!

Этот древний толстопуз таскал немалых размеров гондолу при весьма скромных размерах аэростата — а, значит, в нём был требуемый логос. И если его не разъело кислотой, не сломало при падении и не выбросило слишком далеко от места крушения — то он всё ещё там. Пустой, лишённый пневмы, но работающий! И логос огня там должен быть, и логос сферы охлаждения, и подставка, и винты, и передачи… Лишь бы всё было цело!.. Ведь тогда из обломков получится собрать хоть какую-то рабочую конструкцию и навсегда убраться отсюда…

Вернувшись в убежище, я кинул книгу в ящик и пошёл будить Рубари, чтобы он меня подменил у очага. План нашего спасения начинал обретать очертания — теперь оставалось успеть всё подготовить перед следующей оттепелью.

В которой я отправляюсь к разбитому дирижаблю, радуюсь, разочаровываюсь и, наконец, понимаю, что был дураком и зря занимался альпинизмом.

Утром, проснувшись и поев, я всё так же отправился по своим делам, не говоря ни слова Нанне и Рубари. Конечно, я банально вредничал и прекрасно понимал, что пора бы уже примириться со своими товарищами, но обида ещё не отпустила до конца, и я не хотел примирение превращать в очередную ссору. Лучше постараться успокоиться и уже вечером подходить со всеми своими инициативами.

С собой я взял ломик, топор, пару ножей и фонарь — мало ли что отковыривать придётся… Проторенным путём я добрался до спуска в Новый Экори, сполз в сугроб по канату и выбрался на территорию архива. В этот раз само здание архива я обходил по широкой дуге. Как бы мне ни хотелось знаний, но воевать со всеми скамори в городе я был не готов. Я бы с удовольствием взял с собой посох Гронги — только вот пользоваться я им всё ещё не научился.

Дирижабль умер окончательно и бесповоротно. Когда я добрался до места крушения, стало ясно, что найти здесь нужные запчасти и логосы будет весьма и весьма непросто. Гондола, обрушившись на дома, превратила их в полуразрушенные руины, но и сама, так как представляла собой деревянный корпус — разлетелась на куски.